По его мнению, женщины должны были есть исключительно женскую еду: легкие салаты, йогурты и фрукты.

— Девушки от мяса становятся пухлыми, — вещал Алекс, склоняясь ко мне все ниже и ниже. — А я страсть, как не люблю пухлых! Не фигуристых, как ты, а именно пухлых! Кстати, фигурка у тебя — первый сорт, я даже не ожидал, Рудная. Что ж ты такую красоту прятала?

Внимательно прислушивающаяся Света Вавилова так яростно швырнула вилку на тарелку, что она упала.

Услужливый официант тут же принес новую.

Не понимаю. Не понимаю, что происходит.

Почему Светка смотрит на меня с такой ревностью? И почему Алекс Вишневецкий, не упускавший случая сказать мне что-то ехидное, никак не может от меня отлипнуть? Издевается? Да сколько можно?!

— Потанцуем?

В склонившемся ко мне парне я узнала Игоря.

Да, того самого Игоря, жениха Жубановой, который не дал мне свой телефон в торговом центре, когда я об этом просила. Еще и загнул что-то про троичную систему.

Надо же, и ведь не постеснялся мрачно наблюдавшей за всем этим Элины, которая, казалось, готова была швыряться столовыми ножами.

Не зная, что сказать, я молча помотала головой.

— Тогда со мной! — не растерялся Алекс.

Не успела я и слова вымолвить, как он подхватил меня со стула и закружил по залу под песню Стаса Михайлова.

— Слушай, Ульяна, я хотел извиниться, если чем-то тебя обидел, — проговорил Вишневецкий, уткнувшись мокрыми губами мне в ухо. — Ты очень миленькая девочка. Как ты смотришь на то, если мы прямо сейчас отсюда сбежим?

— Куда сбежим? — оторопела я.

Сбежать я действительно хотела. Вот только без него.

— В Ла-ла Ленд, — пьяно засмеялся Алекс.

Казалось, что все смотрят. Смотрят и насмехаются над нами.

Надо мной.

Отлепив его навязчивые руки от своей попы, я отправилась искать туалет. Запершись в кабинке, обессилено опустилась на сиденье.

Это все платье виновато! Вернее, Вольф, который заставил меня его надеть!"

"Достала из сумочки сотовый, который Вольф купил мне пару дней назад и который был заблокирован таким образом, что я могла позвонить только ему.

Что я и сделала. Пусть приедет и заберет меня отсюда! Уж лучше с ним, чем с подвыпившим Алексом, который никак не может от меня отлепиться и всюду сует свои противные юркие пальцы.

Увы, но дозвониться до него мне не удалось — абонент оказался вне зоны доступа сети. Я хотела набрать его еще раз, как дверь женского туалета распахнулась, и послышались возбужденные голоса.

— Да чтоб она провалилась, эта гадина! — захлебывалась рыданиями Вавилова.