– Я обязательно так и сделаю, – фыркаю я. – Хорошо, допустим, ты не врешь. И какую помощь ты хочешь мне предложить?

– Тебе стоит вернуться ко мне…

Я вскидываю брови:

– Ты лукавишь. Какая разница, где я буду отсиживаться: в этой квартире или в твоей? Полиция же ищет Каплина?

– Да, он объявлен в розыск.

– Тогда при чем здесь ты? Спасибо, что все рассказал. Я учту и нарываться не буду. Посижу дома, пока его ищут. Если так хочется мне помочь, можешь выносить мой мусор.

– Карина ты обожглась и теперь дуешь на воду в одном – я у тебя вызываю подозрения. Но слишком легкомысленна в другом – в отношении опасности, которую представляет Каплин.

– А мне кажется, ты ее преувеличиваешь. Даже если он не против на мне отыграться, то все равно у него в приоритете другая задача – не попасться полиции. Я бы на его месте залегла на дно и не отсвечивала. Еще раз повторяю: я не буду искать приключений. Отсижусь дома. На работу мне пока можно не выходить, думаю, что мне пойдут навстречу, раз мне угрожает опасность.

Лютаев неодобрительно качает головой.

– Я знаю, что у этих нариков серьезные проблемы с логикой. Можешь мне поверить, я уже сталкивался.

Идея фикс – это прям то, чего можно сейчас от Каплина ожидать. А он еще и на учете и психиатра с юности.

– Я все равно не понимаю, чем твоя квартира лучше этой. Дверь усиленная и там, и там. Не через форточку же он будет меня похищать!

И чего я ему все разжевываю? Надо просто его выставить. Даже если он и в самом деле хочет мне помочь, по бесстыжей роже вижу, что Макс ищет свою выгоду.

– Мне было бы спокойнее, если бы ты была под присмотром.

Ну вот, что и следовало ожидать!

– Твой присмотр, – наливаю и себе водички, – для меня очень нежелателен.

Он может кончиться весьма предсказуемо. Так что, лучше за мной присмотрят рыбки. Ты ведь все равно выставишь мне какие-нибудь похабные условия.

Макс морщится:

– Я для тебя совершенно не опасен.

– Ты стал импотентом? – искренне удивляюсь я.

Лютаев, который решил отхлебнуть воды, выплевывает все на себя. Он даже подрывается со своей табуретки.

– Что? – ревет он, нависая надо мной как утес над деревцем. – Нет! Просто никаких условий.

Конечно, хмыкаю, уже облажался. Кто ж теперь поведется. Но Макс продолжает:

– Все будет, когда ты захочешь.

Как не вовремя я решаю глотнуть водички.

Моя очередь ей давиться.

Офигеть! Когда? Не если, а именно когда!

Козел! Непробиваемый, невыносимый наглец!

– Держи карман шире! И с условиями, и без них я не вижу никакого резона в твоем предложении! Все, проваливай!

Макс разозлил меня не на шутку.

– Не думал, что ты такая упрямая.

Ха, просто больше не позволю собой манипулировать!

– Я руководствуюсь здравым смыслом. Ты, что, собираешься меня привязать к себе? Или запереть в комнате? Нет? Тогда не вижу повода переезжать к тебе.