Хорошо хоть вообще не забыла, как они пишутся.

— Ой, как всё запущено… — насмешливо протянул Эльрод, заглядывая мне через плечо.

— Посмотрел бы я, как бы ты записывал на слух слова незнакомого языка, — осадил его наш старейшина. — Скажи, Аэтель, ты долго в школу ходила?

— Целый год!

— Каждый день?

— Не-ет! Только по воскресеньям, после службы. Жрец нам показывал буквы и цифры, учил складывать, читать и писать. И еще рассказывал про то, что было в старину и немножко — про другие страны. Только я уже почти ничего не помню, это давно было.

— А хотела бы ещё узнать? Про старину, про другие страны?

— Конечно. Только больше меня в школу не пускали, нужно было с малышнёй сидеть, а Идгит одна не справлялась. Маменька сказала, раз имя своё написать могу и деньги сосчитать так, чтобы в лавке не надули, то и хватит, остальное мне без надобности.

— Тогда я буду тебя обучать. У нас именно старейшина учит детей всему, это одна из его обязанностей. А так как других учеников у меня не осталось… — он пожал плечами и печально улыбнулся.

— Спасибо! — обрадовалась я. — Мне всегда было интересно узнавать что-то новое.

— Значит, сегодня и начнём. Вот только гости разойдутся, — он поднял бровь и пристально посмотрел на Эльрода.

— Похоже, нас выгоняют, — тот скорчил печальную рожицу, а потом посерьёзнел. — Ладно, мы уходим. Магилор, Мэгринир, кто из вас завтра с нами.

Блондины переглянулись, потом помахали кулаками и замерли, при этом Мэгринир обеими руками сделал «козу», а Магилор так и оставил кулаки сжатыми.

— Значит, Магилор, — глядя на их руки, кивнул Аэглеф. — Давайте завтра утром встретимся здесь и решим, что нам нужно в первую очередь, и как это осуществить.

Я старательно записала в тетрадь: «АСУЩИСТВИТЬ» и «КУЛАКИ». Удобно очень, теперь не забуду расспросить нашего старейшину и про это странное махание тоже.

А все старейшины в это время постепенно разлетелись по своим пещерам, точнее — по пещерам, когда-то им принадлежащим. Теперь они все равно были пустыми, возражать было некому. Нивена тоже улетела вместе с мужем — здесь для него не было места, а отпускать его одного она больше не хотела. А я убрала со стола, перемыла посуду, а потом и младших ребятишек."

"Эйлинод упирался, отказывался раздеваться, но я поинтересовалась, что такого я у него увижу, чего не видела прежде, имея десять младших братьев. В итоге он всё же согласился, но так забавно прикрывался ладошками, что я втихаря хихикала. Я, конечно, знала, что он совсем недавно был взрослым, и даже старым, но не могла видеть мужчину в этом крохе. И, кстати, на предложение, чтобы его помыл старейшина, если меня он стесняется, Эйлинод замотал головой и обречённо отдался моим рукам. Похоже, нашего старейшину он стеснялся ещё больше.