Другой желобок наливал воду в странной формы таз, вделанный прямо в стол, который Нивена назвала «раковина», и эту воду можно было согреть, так же разведя под этой «раковиной» огонь без дров. На мой вопрос, как у неё это получается, девочка лишь пожала плечами и сказала:

— Магия огня. Мы все это можем.

Я завистливо вздохнула, вспоминая, как мучилась порой с огнивом, если угли в загнётке затухали, как приходилось приносить домой дрова из поленницы и воду из колодца таскать, потому что мелких к колодцу не пошлёшь — утопнут, как дочка вдовы Милберги. А здесь вода уже в доме, и огонь сам загорается, и ни дыма от него, ни копоти. И вода из раковины сама куда-то уходит, если пробку вытащить — не надо помои выносить. Знаете, а моя доля жертвы мне начинает нравиться. Да на такой кухне готовить — одно удовольствие.

Я быстро приготовила яичницу с окороком — и Нивена потушила огонь, просто махнув рукой, — а потом мы все, не менее быстро, с ней разделались. Мне не так уж часто доводилось есть окорок, в последний раз — на свадьбе Идгит, да и то успела ухватить два маленьких кусочка, пока братья саранчой не налетели. А здесь мне досталось сразу столько, сколько я за всю жизнь, наверное, не съела. Детишки тоже уплетали за обе щеки, сказали, что за последние две недели очень соскучились по яичнице. Похоже, раньше они себе в подобной еде не отказывали, так что же случилось две недели назад, что они остались и без мяса, и без яиц? И, похоже, без взрослых. Ладно, сейчас как-то не до расспросов, но позже я обязательно всё узнаю."

"Потом я поставила вариться щи, причём, кроме капусты, морковки и лука, по совету Нивены, я добавила в кастрюлю — здесь щи готовили не в горшке, а именно в кастрюле, — очень странный овощ под названием «картофель». Меня убедили, что это вкусно и сытно, правда, сначала пришлось эти странные овощи, похожие на булыжники, очистить от шкурки. Ладно, это не первая странность, с которой я здесь столкнулась, посмотрим, что из этого получится. К тому же, девочки пообещали научить меня готовить множество блюд из этого самого картофеля. Луччи так прямо и сказала: «множество блюд», так у нас даже взрослые не говорят.

Пока варились щи, Нивена показала мне, где взять подойник, ведёрко для воды, чтобы помыть вымя, и маленькую скамеечку, и отвела в пещеру, где стояли корова и коза. Когда мы вошли, в тёмной пещере вспыхнуло четыре шара, таких же, как те, что освещали пещеру-дом. Встретившись со мной глазами, девочка улыбнулась:

— И это магия.

— Почему-то даже не удивляюсь, — улыбнулась я в ответ.

При свете шаров стало хорошо видны жующие животные — под носом у каждой лежала охапка сена и стояло ведро с остатками воды. Я чуть скривилась, заметив, что животные не только ели.