Он снова внимательным взглядом осмотрел девушку, синяки на запястьях, мужчина как раз мерил пульс, синяки на шее, разбитая нижняя губа. Тонкая бледная кожа, такая, что видны синие венки. Длинные ресницы, дыхание ровное и глубокое.

– Вы, что, били ее?

– Семен Маркович, не говори ерунды, – Фирсов ответил слишком быстро, сам все это время вглядываясь в лежавшую на кровати Викторию, жутко хотелось курить, а еще выпить.

– Я этой падле шею сверну, если еще раз увижу.

– Конечно, свернешь, и сядешь потом. Хочешь сесть?

– Да похуй уже.

Руслан сжимал кулаки, вспоминая как музыку звук хруста костей, когда он ломан Миронову руку.

Обещал Фирс, а сломал он, тут не важно, кто. Семен Маркович Бельц, бодрый старичок почти семидесяти лет, который по странному и запутанному стечению обстоятельств оказался несколько лет назад ночью в частной клинике, куда Альберт привез Руса с пробитой головой. Он остался в их жизни в роли семейного доктора, с приличным гонораром и всегда открытыми дверями своего частного медицинского учреждения.

– С вашего позволения я пойду, закончу ужин, с которого вы меня выдернули, а девушку привезете завтра, обследуем, возьмем анализы.

Мужчина снова покачал головой, но не стал больше ничего говорить, не имел привычки вмешиваться не в свои дела, но увиденное ему не понравилось.

– Хорошо, Семен Маркович. Спасибо.

Альберт проводил его до двери, наконец, закурил.

– Я чувствую себя конченым подонком, никогда не было такого. Как старшики, что издевались над слабыми в интернате, мы сейчас именно такие, как они, совсем нет разницы. Ты слышал, как она кричала? Я думал, сам сойду с ума.

Альберт глубоко затянулся, ослабил галстук, посмотрел в окно.

Да, они сейчас именно такие, Рус прав, ничем не лучше тех подонков, что были в их детстве. Девочка вызывала уважение, вчера такая напуганная была, ничего не понимала, смотрела на них огромными, полными страха глазами, Фирсов принял ее за пустышку. Какая еще баба может быть у Миронова? Но белка оказалась загадкой.

Такая красивая, нежная, но дерзкая.

Как он не понял сразу? Сука, и зачем только сказал Тимуру дождаться ее, ведь был уверен, сейчас ей муженек разложит все по полочкам, возьмет за руку, сам посадит в машину и привезет.

Но ему вчера было все равно, что с ней будет, что может сделать муж, ведь знал, что по голове он ее не погладит, но все равно отпустил. Но тут все пошло не по его сценарию. Хотя, именно муж ее и привел. Тварь конченая.

Хотя, чем они лучше?

– Это, сука, ты все затеял. Зачем вообще надо было брать такой долг с Миронова? Мог отобрать ларьки и тачку. Жену-то зачем?

– А как я мог его не брать? Тебе там, на ринге,совсем мозг отшибло? Ты видел, она сама пришла, никто не тащил ее насильно.