Страх за их жизни накрывал до дрожи во всем теле, сейчас в любую секунду произойти может все что угодно. Послышались хлопки, обернулась, сзади визг тормозов, удар, скрежет металла, Вика закричала, зажимая рот ладонью

Слезы текли по щекам, ее всю трясло, Руслан смотрел на дорогу, не сбавляя скорость, гнал машину вперед. Потом он с кем-то разговаривал по телефону, Вика не понимала слов. Только через двадцать минут, когда они въехали в ворота «Раздолья», а девушка чуть успокоилась, быстро вышел, открыл Виктории дверь, она уже не плакала, сидела, опустив голову, сжимая пальцами пояс пальто.

– Вика, пойдем, холодно очень.

Медленно повернула голову, глядя на Руслана.

– Они погибли, те люди?

– Вика, пойдем, – не отвечает на ее вопрос, тянет руку.

– Не трогай меня, никогда не трогай. Вокруг вас одна смерть, одна грязь и ненависть, – одергивая свою руку, сама вышла из машины, взяв сумку. Слезы уже высохли, но страх не за свою за жизнь ребенка, пропитал насквозь так, что было трудно дышать.

Вика знала, куда идти, на третий этаж, в свой номер. Непривычно, но везде было тихо и пусто, в холле гостиницы и ресторана ни души и выключен свет. Обернулась, Руслан зашел следом, но стоял, провожая девушку взглядом. Чтобы он сейчас ни сказал, как бы не повел себя, Вика все воспримет в штыки. Она снова права, пока у них такая жизнь, вокруг будет только смерть.

* * *Виктория пожалела, что надела это платье, плечи слишком открытые, облегающее, хоть и ниже колен. Ей было нечем дышать от духоты, ладони вспотели, но по спине шел мороз, пробирая до костей.

Она словно жарилась на сковородке в аду, сжимала бокал с водой, всматриваясь до черных точек в глазах в зеленое сукно карточного стола, яркие картинки игральных карт и разноцветных фишек, раскиданных по нему, совершенно не понимая, что происходит.

Наверно, именно так Антон проиграл ее, сидя за этим столом, в сигаретном дыму, а обручальное кольцо, которое Вика нашла в старой сумочке, отданной ей Альбертом, легло между фишек. Наверняка, было эффектно и красиво.

Сейчас за столом сидело четверо мужчин, лишь двоих Виктория знала: Альберта Фирсова и Миронова-старшего. Еще был крупье, вокруг охрана, очень много охраны, несколько мужчин в костюмах. Молчаливый бармен, одна официантка, она все время опускала глаза в пол. Рядом с ней Руслан, плотно сжимающий челюсть, заметно, как он был напряжен.

Миронов-старший нервничал, лысина блестела от пота, рубашка расстегнута, Альберт курил, откинувшись на спинку стула, выпуская идеальные кольца дыма в потолок.

Занятная публика, но Вика прекрасно понимала, какая игра сейчас идет, и какие ставки будут сделаны.