Ему мало этой девочки, с каждым разом чертовски мало, она открывается, привязывает его к себе, не понимая сама, что уже имеет нескончаемую власть над ними. Всегда такая разная: трогательная, невинная, развратная, на дне ее глаз чистый порок и желание, которое лишает его воли и разума.

То, что сейчас происходит, - это не секс, это что-то больше, она забирает его боль, его страх. Сердце ломает ребра сильными ударами, выворачивая душу. Дышать и права нечем, она точно доведет его до инфаркта, такая горячая, сексуальная, такая родная и любимая."

"При этой мысли по телу разливается волна жара, пульс стучит в висках, девочка сокращается на его члене, кончает, так открыто и красиво, провоцируя его такой быстрый оргазм.

– Ты ж моя белочка, мое сумасшествие.

– Ты как?

Оба часто дышат, тело все еще колотит, Вика улыбается, стирая пот со лба Альберта, целуя в губы. Сперма стекает по стволу, липкая, теплая, Вика ерзает попкой, член все еще не опал.

– Ты меня спрашиваешь, как я? Играешь со мной, коварная белочка.

– Я вся в сперме.

– Лучше молчи, не произноси это слово при мне, иначе до города доберемся к обеду.

– Хорошо, молчу, но я все равно вся в сперме, есть салфетки?

– В бардачке.

Но как только Вика тянется туда, Альберт снова прижимает ее к себе.

– Спасибо тебе, – шепчет, целуя в висок, вдыхая тонкий аромат яблок от ее волос. Она сегодня вытянула его из того кошмара, в котором он так быстро начал утопать.

Это так трогательно, до боли, до покалывания кончиков пальцев, вот, совсем недавно, этот мужчина брал ее со всей страстью, а сейчас настолько нежен, что снова щемит в груди.

Ливень закончился, но дождь все еще шел, до города добрались быстро. Красивая высотка почти в центре, консьерж поздоровался, подал ключи, большие пролеты, в лифте зеркало на всю стену.

Альберт крепко держал ее за руку, а Вика старалась не смотреть на свое отражение. Губы искусаны, в глазах блеск, но наваливалась усталость.

– Альберт, я не сказала, там, на территории у беседки, был Антон, – лифт остановился на тринадцатом этаже, мужчина повел Вику дальше, открыл дверь, бросая ключи на тумбу.

– Что он хотел?

– Хотел увести меня, говорил гадости, охрана его спугнула.

– Он не навредил тебе? – развернул Вику к себе, всматриваясь в лицо, ощупывая руки.

– Немного, совсем ерунда.

Альберт задирает кофту, девушка морщится, рана небольшая, но все равно неприятно.

– Вот же, падла, – трет лицо руками. – Эта тварь так и просит своей смерти. Иди в душ, там есть аптечка, у Руса там чего только нет, мне надо сделать пару звонков. Все хорошо, белка? Что он еще говорил?

– Ничего особенного, как обычно. Как ты думаешь, кто его провел? Кто устроил этот пожар?

– Скоро узнаем. Иди.