Поэтому рывком распахнула коробочку и застыла, рассматривая два кольца: свое, обручальное и другое. Очень похожее, но ярче, роскошней, массивней. Внутри надпись:

Княжна и Ромео

Я надела оба, схватила легкий кардиган и выбежала как была, в домашнем. Куда идти? Наверное, Рома к себе пошел. Я была разок в его холостяцкой берлоге. По-другому не сказать. Квартира хорошая, светлая и чистая, но из мебели только диван да пара стульев.

Стучала несколько минут. Никто не открыл. Нужно позвонить… Блин, я телефон разбила. Вызвала лифт, спустилась с мыслью, что поеду к нему. Правда, непонятно куда именно.

– Привет, – створки распахнулись, и я столкнулась с Ником.

– Привет, – шепнула и попыталась выдавить улыбку. – Извини, мне идти надо…

– Наташа, все в порядке? Ты бледная.

– Да. Нет. Не знаю. Правда, нужно мне…

– Ты от Демьянова? Что-то случилось?

– Мне найти его нужно, а я телефон разбила. Дома его нет… Я поеду куда-то.

– Давай, отвезу тебя. Куда-то.

Мы вместе вышли из подъезда. Он усадил меня вперед и даже пристегнул.

– Сейчас узнаем куда…

Он поднес телефон к уху, и я услышала:

– Здорово, Роман Андреич, а ты где?

Я удивленно повернулась. Это он Демьянову, что ли, звонил?

– Понял. Со мной Наташа, – и ко мне повернулся. – Все норм. Тебя ищет. Я везу ее уже. Успокойся.

– Вы что, друзья теперь? – ошеломленно проговорила.

– Нам делить больше нечего. Чего петушиться?

Мы поднялись в офис штаб-квартиры «ТСТ Медиа». Меня знали здесь. Забытый дома пропуск не понадобился. Ник решил проконтролировать, проводить. Беспокоился.

– У себя? – спросила у секретаря. Эту женщину я не знала. Видела только, когда к нему несколько недель назад приезжала.

– Да, – она поднялась. – Чего-нибудь хотите, Наталья Александровна?

Она точно знала, что такое субординация, особенно в отношении жены начальника.

– Нет, не нужно, – и толкнула дверь. – Ты серьезно про развод? – спросила, застыв на входе.

Демьянов тоже не шевелился. Стоял у окна в весеннем сумраке. Я не дышала. Возможно, он тоже. Судьба нас снова проверяла. Как быстро. Я не успевала за ней.

– Я люблю тебя, Наташа. Очень люблю. Именно поэтому не могу мучить тебя. Если тебе сложно со мной. Если не можешь довериться… Черт, Наташ. Княжна моя. Мне так хреново. Пиздец как. Но лучше я буду страдать, чем ты.

– Рома, – я показала ему руку с кольцами, – начнем сначала?

– Наташа… – он бросился ко мне. Мы целовались долго. Как подростки. Как влюбленные. Как целое. Как муж и жена.

Я первая оторвалась от него, судорожный вдох сделала, а Рома вниз опустился. Развел полы кардигана и живот мой поцеловал и не только…

– Там за дверью Ник и секретарь.

Рома вздохнул и поднялся. Поправил бугор на брюках.

– Наташ, – взял меня за руки, – мы решили все друг другу говорить.