Только боги знают, чего мне стоит держать себя под контролем сейчас.

— Может быть, убрать осколки? — спросила она, оглядывая пол под ногами.

— Потом.

— Поняла.

— Тогда иди. И коньяк унеси.

— Хорошо.

Я забрал с подноса кофе и отдал его Анне. Она взяла его из моих рук и унесла прочь. Я же сосредоточился на папке. Рука так и застыла, удерживая её уголок, но всё ещё не открывая. На первой странице всегда фото сотрудника. Там есть и её фото. А мне так тяжело на неё смотреть... Набрал в себя воздуха, словно собрался не папку открывать, а нырять с трамплина, и открыл, быстро перелистнул дальше. Но всё равно мозг успел зацепить снова её красивое лицо на снимке.

Стерва. Как я тебя ненавижу. А утром так же сильно любил. А ты...

Дрянь, недостойная моего внимания.

Заставил себя сосредоточиться на пунктах договора. Строчки с большим трудом достигали моего сознания. Да, всё так. Я не могу её уволить просто так. Контракт ещё полгода действует. Но могу перевести её на нижний этаж в самые обычные операционисты. Заодно глаза мозолить не будет. Пусть дорабатывает эти шесть месяцев там, а после катится на все четыре стороны.

Закрыл папку и небрежно бросил её на край стола. Она мне больше не нужна.

— Мара, можно? — просунул в дверь голову Женька.

— Давай заходи, — махнул я ему.

Он прошёл по ковру, озадаченно оглядывая осколки. Сел напротив меня и спросил:

— Чего это ты буянишь?

— Отвали, ясно?

— О-о... Тяжёлый случай.

— Отвали, говорю.

Евгений встал и подошёл к разбитой рамке. Перевернул.

— Жену разбил? — повернулся он ко мне и поднял вверх брови. — Что такого могло случиться? Ты молиться на неё готов был.

Стиснул зубы крепче. Выливать свой гнев на помощника и друга — последнее дело. Он не виноват в этой ситуации.

— Давай мы не будет об этом говорить, хорошо?

— Да, хорошо, — пожал плечами мужчина. — Только у тебя на роже написано, что случилось что-то. Ты темнее тучи. Допекла, что ли? Или поссорились сильно?

— Если бы, — хмуро отозвался я, подпирая подбородок рукой.

— Может, расскажешь? — предложил он. — Тяжело всё в себе держать. Может, я чем помочь смог бы?

— Нет, — отказался я. Ещё я не плакался в жилетку друга. — Лучше насчёт контракта расскажи. Почему так резко они передумали с нами работать? Это удар под дых. Ты это понимаешь?

— Ох, Мара, — Жека удручённо покачал головой. — Просто взяли и отказались с нами работать в последний момент.

Да уж, верно говорят — беда не приходит одна. Это практически смерть компании. Нас и так уже почти поглотила другая фирма, но мы все ещё держались на плаву и могли бы ещё выйти из кризиса и отдать долги, вытащив фирму из залога, но без этого контракта нам просто не выжить. Это был последний шанс.

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Я думаю, что кто-то тебя просто уничтожает, Марат.