Вживую увидела процесс съемок фильмов для взрослых, а Давид еще и побывал в роли режиссера, точнее начальник режиссера, диктуя тому, что хочет в итоге увидеть, и какие эмоции нужно получить от актеров. Режиссер такому диктаку не обижался, живо обсуждая с Крамером малейшие детали, вплоть до поз и скорости актов.

Вернулась в родные края с радостью. Путешествовать, конечно, нравится, но возвращаться всегда приятно.

На стоянке затормозила перед автомобилем Крамера и не сажусь внутрь.

– До свидания Давид Матвеевич.

Крамер вздернул вопросительно бровь. Придется пояснять.

– Я домой хочу.

– График у вас ненормированный, и я вас никуда не отпускал, вы понадобитесь мне дома. Садитесь в машину.

Вот значит, как. Уже никаких предлогов по поводу безопасности, только приказы.

Села, смысла рыпаться уже нет. Но ведь и когда приехала к Давиду, словно дома себя почувствовала. Думаю, тут дело в том, что к хорошему вообще привыкаешь быстро, а тут не дом, а ожившая сказка. Когда у нас стукнут морозы и все вокруг покроется снегом, наверняка здесь будет просто волшебно, но к этому моменту, вероятно, меня в этом доме уже не будет.

Следующим утром, будучи на работе, подготовила нужный документ, а когда пришел Крамер, на подгибающих ногах отправилась в кабинет к шефу. И это после весьма страстной и долгой ночи, во время которой мы практически не спали, много говорили, да и в принципе отлично проводили время.

Руки дрожат невероятно. Пришлось прижать бумагу к груди, чтобы листок, которому передается мое волнение, перестал также дрожать.

– Отлично выглядит, Василиса Андреевна, ваш сегодняшний наряд мне очень нравится, – произнес Крамер, стоило мне к нему зайти. Ага, я старалась.

Бордовое шелковое великолепное кимоно расписанное белыми журавлями и цветами, и почти полностью построенный образ гейши. Не пошло, не развратно, а именно красиво.

Знаю образ не слишком подходит для увольнения, но вот захотелось мне сегодня так одеться.

– Спасибо.

Забыла о страхе, вошла в образ и неспешно красиво подошла к столу Крамера. Скромно опустив голову, положила перед начальником бумагу.

– Подпишите, пожалуйста.

На несколько мгновений Давид застыл, внимательно знакомясь с нехитрым заявлением, а потом поднял на меня ледяной взор.

Ух.

– Это шутка такая, Василиса Андреевна?"

"– Нет. Решение мной принято еще в Германии. Я не могу соответствовать вашим запросам. Вы ведь просили меня подумать, я все очень хорошо обдумала.

– Значит, обдумали?

Чего я совершенно не ожидала, так это того, что Крамер сходу, без угроз, подпишет моё заявление.

Отдавая бумагу мне, мужчина холодным безразличным тоном произнес:

– Мне казалось, вы умнее. Две недели отработки обязательны.

Как можно быстрее испарилась из кабинета.