К чести Крамера, он ушел без лишних вопросов, слов и лживых утешений.

Оставшись одна, вздохнула намного спокойнее. Давид жесток, властен, эгоистичен и, похоже, он еще сдерживался, чтобы меня раньше времени не спугнуть, а сейчас начинает проявлять характер в полной мере.

Не знаю, что делает и как быть. В принципе, я все это и так знала понимала, но одно дело знать, а другое – испытывать на себе.

Там, в подвале, больно мне не было, скорее наоборот, но было унизительно.

Пока я в Германии смысла куда-то уходить нет – у меня все вещи и личные деньги остались на родине. С собой только мелочь.

Несколько дней рядом с Крамером уже ничего не изменят. Решение принято.

В ванной сидела очень долго, а когда поняла, что еще немного, и превращусь в русалочку, выбралась из воды, нашла халат и завалилась спать в ближайшей гостевой спальне. Ощущаю себя потерянно, на душе грусть и тоска.

Род утро пришел Крамер. Разбудил поцелуями. Голый забрался ко мне под одеяло. Поцелуев было много, невыразимо нежных и в то же время требовательных.

Это было мое маленькое утреннее преступление, потому что все случилось. Утром я сонная, спокойная, а тело и вовсе перестало мне принадлежать, настолько легко и с радостью откликается на любую ласку Давида.

Прочное бессовестное утро, которое я бы посчитала сном, после того как Крамер ушел, а я вновь уснула, но проснувшись от ярких солнечных лучей, обнаружила, что пол комнаты полностью уставлена огромными букетами алых роз, на тумбочке поднос с завтраком чашечка с ароматным кофе исходит паром, а рядом с ней открытая бархатная коробочка, внутри которой кольцо с огроменным бриллиантом.

Вновь огляделась. Постель смята так, что не остается сомнений, что тут был мужчина.

Красиво, конечно, но зная возможности Крамера, такое организовать – раз плюнуть. Да и, наверное, я правда прагматик, поскольку мне жалко столько загублкнных ради меня одной цветов. Через несколько дней завянут и все.

Единственное, что действительно порадовало и за что испытываю большую благодарность, это кофе, его выпила с огромным наслаждением. То что надо в это утро. Завтрак тоже оказался не лишним, после всех ночных упражнений ощущаю зверски голод,

К кольцу не притронулась.

После пришлось аккуратно пробираться через букеты с цветами и идти искать, где же моя одежда. Нашла. В спальне Крамера, в его гардеробе. Вся одежда пост Ирана, высушена и выглажена.

Не понимаю, кажется Давид упорно продолжает гнуть линию совмещения наших личных пространств, но зачем это ему?

Не знаю что делать дальше, но на всякий случай спускаюсь вниз, в холл. В конце концов работу никто не отменял.

Внизу меня встречает знакомый охранник, который сопровождал меня в аптеку.