Вошел классически, но при этом успел воткнуть мне в попу какую-то штуку, не больно, но… На мой вопрос, что это, начальник кратко ответил, что стимулятор.

Не знаю, каково это, когда тебя берет в попу мужчина, но когда Крамер двигался во мне, с каждым толчком мне казалось, что меня как раз-таки берут одновременно и туда, это было порочно, волнующе, и да, приятно.

Оргазм настиг просто умопомрачительный, в глазах на несколько мгновений потемнело и запрыгали звездочки, но это не отменяет того факта, что Давид делал все это, приковав меня наручниками к кушетки, всячески запугивая, и во время процесса – опять дико, по звериному, грубо, со всей мощью и силой.

Мне казалось в тот момент, что кушетка вот-вот развалится. Да-да, похоже, я и впрямь извращенка, потому что мне это понравилось, понравилось ощущать над собой власть мужчины, быть прикованной, и вся эта игра, но обиды это не отменяет.

– Расстегни меня, – потребовала я тихим уставшим голосом. Мне почему-то кажется, что все, что сейчас здесь происходило, было местью Крамера за таблетки и недоверие.

В ответ получила поцелуй в попу и хозяйское пошлепывание.

– Полежи пока тут немного, остынь.

Хочется меня побить, верно? А я пока оденусь и немного приведу комнату в порядок, потом подмогу тебе.

И я лежала. Долго. Только ни капли не успокаивалась, а скорее наоборот, все больше бесилась. В какой-то момент кипения достигло точки и я перегорела. Как раз в этот момент Давил и выбрал чтобы подойти и отстегнуть меня, потом, взять мое безвольное уставшее тело на руки и отнести в уже налитую горячую ванну с пеной.

Видимо из врожденной злокозненности, Давид меня одну не оставил, потеснил, забравшись ко мне в ванну и усадив к себе на ноги, поскольку ванная хоть и просторная, но не настолько.

Молчу."

"Смысл что-то говорить? За меня тут м так все решат и, если надо, в нужную позу согнут.

– Василиса, не стоит на меня дуться. Я должен был это сделать, чтобы вы знали, с кем имеете дело и не имели на мой счет лишних фантазий. Да, я именно такой, надеюсь, ты это примешь. В целом же, то что было – это максимум, на который я могу именно тебя испугать или склонить в силу своей каверзной и игривой натуры. Все остальное только по твоему желанию. Но совсем без подобных сторон интимной жизни мне будет скучно.

Что-то по-настоящему жесткое я стану практиковать, если понадобится, только на чужих.

Чужих? Я своя? И то есть совсем жестко Крамер будет иметь только случайных баб?

– Под чужими я подразумеваю сильно провинившихся сотрудников, врагов и просто очень глупых людей, зачем-то решивших встать на моем пути.

Продолжаю угрюмо молчать.

В теплоте ванной настолько оттаяла, что чувствую, как по щекам начинают катится слезы.

– Я бы хотела побыть одна, – наконец, произнесла я, собравшись с силами.