Танины руки дрожали от волнения и смущения одновременно. Она старалась повторить его действия, но получалось очень коряво, никак не могла сосредоточиться на процессе. Близость Саши отвлекала, не давала собраться с мыслями.

— Ну вот, другое дело. — Он удовлетворенно кивнул, вытер руки и отошел. — А что ты вообще готовишь?

— Не помню. — Она обернулась и указала на стол. — Вон книжка, сам посмотри.

Саша пробежался глазами по открытой странице и не понял ровным счетом ничего из этого замороченного рецепта.

— Гратен Дофинуа, — прочитал вслух, будто прикидывая, каким блюдо с таким названием будет на вкус, полистал остальные рецепты, захлопнул книжку и закинул ее туда, откуда позавчера утром достал.

— Что ты делаешь?

— Знаешь, я погорячился, дав тебе эту книгу, — констатировал он, полностью признавая свою ошибку. — Здесь нет ровным счетом ничего съедобного."

"— Серьезно? — сыронизировала Татьяна и, повернувшись к нему, скрестила руки на груди. Она только-только начала немного разбираться в замысловатых рецептах. Составила примерное меню и список продуктов…

— Да.

— А как же я готовить буду?

— Я бабу Зину попрошу, она тебя всему научит.

— Ну хорошо, — немного поразмыслив, согласилась Таня, рецепты из книги ей и самой не нравились. — А с картошкой что делать?

— Не знаю, давай, может, пожарим?

— Гениальная идея, и как же нам это сделать?

Он шумно выдохнул и вернулся к миске с картофелем. Когда предлагал, напрочь забыл о том, что Таня не умеет готовить, а теперь приходилось отвечать за свои слова.

— Я сам пожарю.

— Хорошо. — Она вытерла руки и уступила ему место около раковины.

Татьяне не терпелось вернуться, но как назло именно сейчас дочь никак не хотела ее отпускать. Таня вся извелась, пробовала петь колыбельную и качать на руках, но все было бесполезно — только она собиралась встать, как Мила заливалась возмущенным плачем.

С большим трудом справившись с волнением, Татьяна буквально заставила себя без спешки дать ребенку уснуть покрепче. Ее усилия наконец увенчались успехом — дыхание дочки стало ровным и глубоким, а ручки удобно раскинулись над головой.

Облегченно выдохнув, Таня аккуратно переложила малышку в коляску и, убедившись, что она не проснулась, выскользнула из комнаты.

Аппетитный аромат жареной картошки витал в воздухе и приятно ласкал обоняние, но не чувство голода манило Татьяну. Необъяснимый трепет поселился в душе, заставляя сердце стучать быстрее. Она бесшумно вошла на кухню и остановилась в дверях, наблюдая издалека за действиями Саши. Не обращая внимания ни на что, он ловко управлялся со сковородой и лопаткой, перемешивая сочные кусочки картофеля.