— И чисто теоретически вы, Александр, можете стать усыновителем для этой девочки… — Она замолчала, а Саша невольно напрягся, кожей ощущая какой-то подвох в ее словах.

— Но… — подтолкнул к завершению мысли. Терпеть не мог ходить вокруг да около, тем более в таком важном вопросе.

— Но не факт, что лучшим, — на одном дыхании закончила она и, отложив документы в сторону, подняла на него глаза. — Понимаете, мы отдаем предпочтение все же семейным парам, в крайнем случае, одиноким женщинам, а вы мужчина…

— И что? — процедил Саша сквозь зубы и сжал кулаки что было сил.

Направление мысли заведующей ему не нравилось совершенно, но он все еще надеялся, что показалось. — Если с документам все в порядке, какие могут быть проблемы?

— В первую очередь мы печемся о благополучии наших воспитанников, — заключила Нина Ивановна и упрямо поджала губы. Ни один мускул не дрогнул на ее лице, когда она продолжила: — Педофилия, знаете ли, встречается все чаще…

— Да вы хоть понимаете, что говорите? — Терпению пришел конец, Саша вскипел за доли секунд. Звучно припечатав ладонь к столешнице, вскочил на ноги и навис над заведующей, придавливая к креслу своей негативной энергией.

— Это моя дочь, а не просто какая-то там девочка!

— Именно поэтому вы выбросили ее, как ненужную вещь? — холодно поинтересовалась она, никак не отреагировав на его выпад и криво усмехнулась.

— Это не я! — взревел Саша, едва контролируя себя от ярости. Сердце колотилось как сумасшедшее, едва справляясь с убойной дозой адреналина, выброшенного в кровь.

— Это все лирика и абсолютно недоказуемые факты, — отмахнулась Нина Ивановна. — Если бы вы были отцом, то пришли бы с запросом на ДНК-тест, и после его результатов вопросов бы не возникало.

Нет запроса, значит, нет родства, а все, что вы говорите, вполне вероятно, сказки."

"Саша задохнулся от злости и бессилия. С каждой секундой в сознании росло и крепло желание разнести всю эту богадельню к чертовой матери, заодно и придушить эту напыщенную курицу, которая несет какой-то бред, не желая отдавать ему дочь.

— Послушайте. — Он едва контролировал свою ярость, голос приобрел стальные нотки и звучал очень зловеще. — Я приехал сюда за этой девочкой и только за ней. И я без нее не уеду.

— Ну раз она вам так полюбилась… я в принципе могу пойти вам навстречу и закрыть глаза на некоторые вещи… — Заведующая вновь зашла издалека, но на этот раз Саша не собирался играть по ее правилам. Тратить драгоценное время на бесполезный треп не было ни сил, ни желания.

— Сколько? — прямо спросил он, прожигая взглядом насквозь. Мерзкое, отвратительное чувство всколыхнулось в его душе. Он словно вывалялся в грязи и вряд ли сможет уже отмыться. Торговать детьми — это просто за гранью добра и зла.