И нереальные ярко-голубые глаза все смотрели внимательно и немного нежно.

А Глашка опустила ресницы, чтобы не ослепнуть от этой голубизны – печальной, горькой в своей несбыточности, и сознание оставило ее, оберегая.

– Да все в порядке, Коль! – услышала Глаша чей-то незнакомый голос, словно сквозь вату: вроде и рядом, но как бы издалека. – Нахлебалась, конечно, если честно, утонула по полной, но ведь вы с Генералом ее вернули. Удар, слава те, господи, не прямой получился, а по касательной. Сотрясение есть, куда ж без него, но не страшное, терпимо, раны на голове даже зашивать не надо, сами затянутся.

Шрамы, правда, останутся, увы. Но девочка столичная, захочет, сделает несложную пластику, и шрамчики уберут, даже наркоз не потребуется – процедура пятиминутная. Что ты так паникуешь? Невеста, что ли?

– Гораздо больше, Иваныч, – услышала напряженный голос Алтая Глаша. – Друг. Настоящий. Единственный. Самый близкий человек.

– А-а-а, – ответил незнакомый Иваныч. – Тогда понятно. Ну что, покой. Ходить можно, но не наклоняться, ничего не поднимать, баня под запретом, алкоголь тоже.

Придет в себя, скажу более точно…

– Я пришла, – подала слабый голос Аглая и спросила, рассматривая незнакомца: – Вы кто?

– Я здешний доктор, барышня, – улыбнулся ей мужчина, и вокруг его глаз от улыбки разошлись такие добрые, успокаивающие все страхи морщины.

– Доктор, а что со мной? – сконцентрировала на враче внимание Аглая.

– А сейчас посмотрим, – бодрил голосом тот. – Так, сколько пальцев?

– Два.

– Молодец! – похвалил мужчина. – Как тебя зовут?

– Аглая Стрельникова.

– Совсем молодец! – необычайно обрадовался чему-то местный доктор.

 – Какой сегодня день?

Глаша призадумалась, даже как-то заскрипела памятью, но, чтобы не расстраивать такого приятного человека, призналась:

– А фиг его знает, если вчера была пятница, то, наверное, суббота!

– Да, умница! – возрадовался врач и столь же бодренько спросил: – Голова болит?

– Болит, – прислушавшись к себе, как на духу ответила она.

– Хорошо! – странно заметил мужчина. – Тошнит? Видишь четко?

– Не тошнит. Вижу четко. Есть хочу, – отрапортовала Глашка.

– Молодчина! – возликовал местный эскулап, отвернулся от нее и куда-то в сторону сказал: – А ты боялся! Все в порядке с девочкой.

Накормить, успокоить и завтра ко мне на осмотр!

– А что со мной случилось? – осторожненько поинтересовалась Глашка.

– А вы не помните? – живенько развернулся к ней доктор."

"Аглая задумалась. Что она помнит? Эти глаза из прошлого. Ярко-голубые. Голос. И… и запах, его запах. Именно в этом сочетании. Привиделось? Водяной попутал?

Пожалуй, доктору не стоит об этом говорить, он, наверное, чего-то другого от нее ждет.