Он знал своих собратьев: орки были медлительны и чаще всего шли неорганизованной толпой, поскольку единого командного центра ни у кого не было, да и зачем? Орки жили охотой и собирательством, влача жалкое существование, думая только о хлебе насущном и как бы прожить зиму. Никакой речи не шло о тренировках и приобретении воинских навыков. Толпа, как есть, неорганизованная толпа, и её нужно будет в кратчайшие сроки привести в более-менее организованный вид, назначить командиров, отработать хотя бы пару боевых построений, чтобы не попасть впросак и не мешать союзникам.

Разговор с Райлой вышел тяжёлым.

Любимая женщина не хотела его отпускать, приводя, казалось бы, несокрушимые доводы, доказывающие всю сумасбродность его решения.

- Дорогая, пойми, - устало проведя ладонью по лицу, негромко, но твёрдо сказал он тогда. - Я правитель, орки смотрят на меня, как на предводителя, способного сплотить остатки нашего народа в крепкий кулак и привести нас всех к процветанию. Мне невместно отсиживаться тут, среди женщин и детей. И будь я трижды калекой, я бы отправился вместе с мужчинами.

Те слёзы, что потекли по щекам и молчаливое согласие останутся с ним навсегда.

Райла мудрая и сильная женщина, она отпустила его, подарив незабываемую ночь любви и пожелав счастливой дороги и победы. Слёз больше не было, лишь вера в его силы светилась в мягких зелёных глазах.

- Ты непременно должен вернуться, - прошептала она ему в самое ухо, - ведь, кроме меня и Аруны, тебя будет ждать кое-кто ещё... - и она ласково приложила раскрытую ладонь к своему плоскому животу.

Шок, неверие, даже непонимание испытал он в тот миг.

- Ты хочешь сказать?!

- Именно то, что ты и подумал, дорогой мой муж, - улыбнулась в ответ Райла.

- У тебя будет сын, или дочь. Тебе никак нельзя проиграть, любимый.

Новость окрыляла, он, наверное, смог бы свернуть горы, лишь бы быстрее вернуться домой. И непременно сделает всё необходимое для этого.

Встреча оркских племён была назначена неподалёку от главного брода (буквально в трёх часах пешего хода), за полторы недели до прибытия союзных родов. Ансгар хотел успеть хотя бы немного подготовить бойцов, чтобы не выглядеть сбродом, шайкой в глазах эльфов и гномов. Он не мог понять, зачем это делает, но слова Аруны гвоздём засели в голове: ""встречают по одёжке, и то, как мы себя подадим, повлияет на дальнейшее отношение"", и поспорить бы, но чаще всего девушка была права.

Ему не хватало дочери, вот, кто мог помочь и делом, и советом. Связываться с ней через Джерарда грозило длительным отсутствием приручённой нежити, как тот говорил сам: он восстанавливал силы, потому что общение с Аруной тянуло из него прорву энергии.

- Ша Сиир, - за день до выхода, у Анса также состоялся разговор и с верховным шаманом, - ты должен остаться.