Угомонить эту не пойми откуда нахлынувшую истерику Асе удалось с трудом. Конечно, она не стала посвящать почти незнакомого человека в свои семейные проблемы, и не стала вываливать на него детские обиды на мать.

И вообще она сто раз пожалела, что дала волю слезам.

Ненавидела казаться слабой и беззащитной девчонкой.

― Мне уже лучше, ― сморкнув в бумажную салфетку, гнусаво проговорила Ася.

― Значит, не сознаешься в чем дело? ― хмуро посмотрел на нее Глеб и, крутанув руль, въехал во двор.

― Просто много всего навалилось в последние дни. Не бери в голову.

― Я понимаю… ― вздохнул Глеб и, остановив машину у Асиного подъезда, повернулся к ней полубоком. ― Ась, я догадываюсь, что причина части твоих проблем я, поэтому не стану на тебя давить и снова спрашивать…

― Согласна ли я продержаться еще один месяц? ― продолжила она, глядя на него красными глазами. ― Ты разве еще не пожалел, что со мной связался?

― Нисколько. С тобой же так весело, ― наигранно-серьезно ответил Глеб. ― Ну так что скажешь?

В ушах Аси зазвучал голос Арсения:

― Эскортница! Думаешь, я поверил, что ты с ним встречаешься? Дешевка!

Затем перед глазами встал подозрительный взгляд Иры.

«Если я откажусь, то вскоре правда всплывет наружу и мне останется, разве что, вообще никогда не появляться в родном городе, чтобы не сгореть со стыда».

Посмотрев на Глеба, Ася вспомнила, как ей было приятно находиться в его обществе перед одноклассниками, как здорово он играл роль ее мужчины, как он заступился за нее перед Арсением, и с губ сам собой слетел ответ:

― Я согласна, ― улыбнулась она и, переведя взгляд на водительское окно, набрала полную грудь воздуха.

― Кто это? ― повернувшись, спросил Глеб.

― Мама.

Мать, проходя мимо с двумя пакетами продуктов, взглянула на машину и, увидев Асю в дорогущей иномарке, резко затормозила.

― Ладно, я пойду! ― Ася торопливо отстегнула ремень и открыла дверь.

Больше всего на свете она боялась, что матери вздумается подойти и познакомиться с Глебом. Этого допустить категорически нельзя.

Но… было слишком поздно.

― Добрый вечер! ― подойдя к отрытой двери, мать заглянула в машину. ― А вы, наверное, из Санкт-Петербурга, да? Вы молодой человек моей Аськи?

― Верно! ― решительно кивнул Глеб и представился. ― Глеб Исаков."

"― Екатерина Павловна! ― улыбнулась ему мать и, глядя на Асю, удивленно выпучила глаза. ― А что это вы в машине сидите? Пойдемте домой, пойдемте! У нас там как раз сырники еще остались, и чай свежий заварен. Давайте, давайте! ― подгоняла она, кивая в сторону подъезда.

― Мам, Глебу некогд…

― Сейчас машину припаркую и поднимемся, ― внезапно сказал он, и, попросив Асю закрыть дверь, заводил взглядом по двору в поиске свободного места.