А если совсем точно, то Айлин Эмилия Гиллан, член клана Маккармейг из Дейтона. Да, соглашусь, что это не самое популярное женское имя в Горах Дейтона, но моя мать была из центральной Энландии, и именно она настояла на моём имени. Боюсь, что это всё, что мне известно об этой, вне всякого сомнения, достойной женщине. Отец говорит о своей супруге крайне неохотно и редко, отделываясь общими фразами, кузен Роб младше меня на целый год, поэтому никогда её не видел, кормилица каждый раз, когда речь заходит о матери, начинает страдать удивительной глухотой, у дяди и вовсе не спросишь… поэтому я, когда-то давно решив для себя, что имя – не так уж и мало для вклада матери в жизнь дочери, больше глупых вопросов не задавала. А сейчас я, не отрывая глаз от окна, бросила:

- В розовом!

Собственно говоря, наряды были одинаково «не очень», как сказала бы моя кузина Полли, но в розовом было меньше оборок, чем в голубом, поэтому я именно на нём и остановила свой выбор. Кормилица просияла и заявила, что «мы это запросто, мы это разом»! Так что я с неохотой встала возле зеркала и стала «облачаться» в «платьишко для путешествия». Безжалостное зеркало показывало мне хрупкую девицу с большими глазами удивительной синевы и русыми, слегка вьющимися локонами, которые были уложены в лёгкую, соответствующую раннему времени, причёску. Маленький вздёрнутый носик и губки бантиком довершали жуткий образ хорошей девочки.

Не то, что я горела желанием, чтобы окружающие придерживались обо мне именно такого мнения, но для меня это было выгодно, поэтому я была совершенно не против, когда мой отец, вздохнув, говорил, что мол, у меня одни только наряды и украшения на уме, нет, чтобы взять пример с кузины! И всегда добавлял, что вот, где настоящая дочь своего отца, не то, что я – тихий ангел.

Я сокрушалась вместе с папенькой, но делать ничего с этим не собиралась. И сейчас медленно, как и подобает прилично воспитанной молодой леди, спускалась в малую столовую, где проходил завтрак. На лестнице я заметила кузена Роба, который тоже брёл вниз, напевая что-то по пути. «Сквозняки, сквозняки, сквозняки мою душу водили к закату…» расслышала я и окликнула кузена."

"Тот обернулся и смущённо замолк, а я сделала вид, будто никогда не слышала этот странный репертуар. Хотя я была готова дать руку на отсечение и даже поклясться честью рода, что нечто похожее доносилось вчера, в первую свадебную ночь, из спальни моей кузины. Причем, судя по слёзным запевам, исполненным пьяным голосом кузины Полли, это было не чем иным, как лирической польской песней. Полина воспитывалась дедушкой и бабушкой на континенте, домой она вернулась совсем недавно, и то по приказу дяди Ангайда, который решил выдать её замуж за наследника одного из кланов Равнин.