– Верно, они указывали не всех обучаемых, с некоторых просто брали наличными, чтобы налога поменьше платить. Но тем не менее фамилии Локоткова нет. Да, кстати, вы не выяснили, что с тем типом, на бензоколонке?

– Выяснил, – вздохнул Олег. – Его опознали по часам. В общем, у них там, на коммерческом канале, который Каморному прямой эфир предоставил, пропал один... диспетчер.

– Какой диспетчер?

– Ну, который распределяет машины, назначает, какую группу куда послать.

– И в тот день, то есть в понедельник, он дежурил? – воскликнула Надежда.

– Ну да, он, значит, услышал, куда Каморный с операторами поедет, на какую бензоколонку, сам – за ними, а дальше провернул операцию с тамошним дежурным и сжег к чертовой матери всю бензоколонку вместе с Каморным.

– Так-так. И фамилия его... – Надежда вела пальцем по списку.

– Сорокин.

– Точно, как в аптеке! Есть такой Сорокин в списке!

– Да я уж и сам видел.

– Ну, теперь-то вы мне верите? Насчет того, что маг этот – злодей! Что-то такое он делает с людьми, что они подчиняются его приказам. Гипнотизирует или околдовывает, что ли... Я, признаться, во всю эту чепуху не верила, но такие факты заставляют задуматься.

– Могу я, конечно, через верных людей напустить на него милицию, – осторожно начал Олег, – но вряд ли это что-нибудь даст. Доказательств никаких, он свернет свою деятельность, затихарится...

– А мне не дает покоя вопрос – зачем он это делает? – в задумчивости произнесла Надежда. – Должен же быть во всей его деятельности какой-то смысл.

– Ладно, Надежда Николаевна, я вообще-то на работе. Так что побегу.

– Бумаги можно себе оставить?

– Берите, у меня еще копия есть, – ответил Олег уже из прихожей.

В этот вечер мужа не было дома – у него опять были вечерние лекции, и Надежда, наскоро переделав мелкие хозяйственные дела и накормив ненасытное рыжее чудовище, именуемое котом Бейсиком, уселась на кухне поразмыслить над бумагами, налив предварительно себе большую кружку крепкого несладкого чая. С чаем ей всегда лучше думалось, и к тому же теперь не было необходимости просиживать вечера у телевизора, потому что никто не мог сообщить ей ничего интересного. По всем петербургским каналам шла всякая слезливая мура, по ПТЦ – передачи о Каморном, и скорбный голос Алены Багун звенел за кадром. Да, вот если бы жив был Каморный и если бы Надежде удалось его заинтересовать версией о колдуне-злодее – какой бы был материал! Надежда поймала себя на глупых мечтах, страшно на себя рассердилась и сосредоточилась на бумагах.

Так, что мы имеем? Четыре фамилии, четыре человека, которых выбрал тибетский маг. Почему он их выбрал? Или за что? Надежда записала четыре фамилии в столбик по алфавиту.