Благодаря этому, драконы больше не могли подпитывать силы магией своего мира, а потому постепенно, не за одно тысячелетие, утратили возможность обращаться в могучих ящеров. От своих предков у драгхаров остались лишь крылья, которые они могут ловко прятать, немного чешуи и необычный цвет глаз, перекликающиеся с личной магией. Ну и рост.

Но как оказалось, вместе с драконами в наш мир попал и драконит. Камень, который теперь очень ценится драгхарами. И который хранит в себе частичку их родного мира, помогая каким-то образом с магией.

В той брошюре было скудное описание камня: чёрный и непримечательный, в необработанном или спящем состоянии похож на уголь. В пробуждённом — искрит и сверкает, подобно драгоценному камню.

На этом информация в книге была окончена…

В тот момент я не поверила, что на моём пальце настоящий драконий камень, да ещё и каким-то образом активированный. Посчитала это бредом возбуждённого сознания и нервным напряжением. Однако, как только камень начал светлеть и становиться прозрачно-голубым, я стала замечать за собой увеличение силы. Я вдруг стала спокойно применять бытовые заклинания, и они получались! Вот так всю жизнь была пустышкой, и тут вдруг во мне проснулась магия…

С чего вдруг?

Именно тогда я стала подозревать, что с этим камнем и со мной что-то не так. Интересно, сёстры чувствовали то же самое? Вот бы спросить у них, узнать совета, обнять.

Как же мне не хватает их…

Для всех остальных адептов в академии Освир моё кольцо никак не изменилось. Точнее, никто просто не обратил на него внимания. Ну камень и камень. Ну прозрачный, ну, искрится. Такие есть у многих аристократов и состоятельных людей. Даже мэтр Орно поначалу никак не отреагировал на кольцо, хотя в академии Освир я постоянно носила его на пальце, а не прятала под одеждой, нанизав на цепочку.

Но теперь мне стало по-настоящему неуютно.

Невольно отодвинулась от мужчины и сжала колечко в руке, словно оно могло меня как-то защитить. Знаю, что у драконита иные свойства и иное предназначение, но жест вышел как-то сам собой.

Мэтр это заметил, мотнул головой, словно прогоняя наваждение, и прокашлялся.

— Прошу прощения, Адалин, за свою несдержанность. Просто и вы поймите, не каждый день встретишь такое… чудо, — проговорил он серьёзно, ещё раз взглянул на меня, на руку с зажатым кольцом и отошёл. — Значит так, мы сейчас не будем делать поспешных вводов, вполне возможно, я ошибаюсь. Что вряд ли. Завтра, когда вы придёте к декану воздушного факультета и продемонстрируете свои силы, скорее всего, он придёт к такому же выводу. — в В вас есть стихийная магия. То, что вам придётся продемонстрировать то же самое, что вы показывали приёмной комиссии, даже не обсуждается. О вас уже знает ректор и декан.

Да уж, час от часу не легче.