Интересно, как поступит Сажин? Может, послушает все-таки жену и уедет в какую-нибудь Аргентину?

Он все-таки решил доложить о ситуации и набрал номер Сажина.

— Слушаю, — коротко ответил тот.

— Пока ничего. Гербер в реанимации, я побеседовал с участковым. Полиция на такие дела выезжает в обязательном порядке. Гербера сопроводили до реанимационной палаты. Жена говорит, что он банкрот, но боялся объявить себя таковым. Может, из гордости, а может, по другим причинам. Хан к нему домой заходил, и не только он. Похоже, криминальные элементы взяли Гербера в оборот. Он психовал и прочно сидел на транквилизаторах.

— Понятно, — напряженно сказал Сажин. — Значит, через него они решили контролировать общак, следовательно, и меня.

— Я тебе говорил: не доверяй блатным.

— А кому? Сдаться предлагаешь?

— Как там Дарья Витальевна? — сменил он тему.

— Поехала в центр, прогуляться.

— Вы поссорились?

— Нет.

— Вопросы есть или отпускаешь меня до завтра?

— Вопросов много. Но отвечать на них некому. Сколько Гербер проваляется в больнице?

— У меня нет права его допрашивать. А вот у него право есть оттягивать этот разговор насколько возможно.

— То-то и оно. Завтра я буду в офисе.

— Я хотел предложить тебе собрать правление, только собирать, похоже, больше некого.

— Да, дело встало… Говорят, ты решил пострелять? — небрежно спросил Сажин.

— Да вот, что-то в тир потянуло, — ответил он так же небрежно."

"— Дело хорошее, — насмешливо сказал Дмитрий Александрович. — Завтра увидимся.

Сажин дал отбой.

«Даша поехала погулять по Москве. И Дыма на работе нет. Что там, интересно происходит, в семье у Сажиных? Как бы Дмитрий Александрович не напортачил, — заволновался он. — А не то ему опять придется надеть белое».

События ближайших двух дней показали, что Алексей был прав, подозревая неладное. Все его планы рухнули в один миг, и события все-таки вошли в активную фазу, которой Алексей так боялся.

Глава 9

— А ты уверен, что правильно делаешь? — спросил Дым, прилаживая в свой джип второе детское сиденье.

— Она мне пацана испортила, — поморщился Сажин. — Алиса из Димки воспитывает мужчину, а Дарья Витальевна из сына — красну девицу.

— А я тут, выходит, вообще ни при чем, — Дым смешно сморщил нос. — Ладно, я не обижаюсь. У Алисы Дмитриевны характер — кремень. Одно слово: Сажина! Мне остается лишь вытянуться во фрунт: «Слушаюсь, товарищ генерал!»

— Ты знал, на ком женился. И я знаю: Алисе повезло. С таким характером она осталась бы старой девой, если бы не ты. Как только ты ее уломал?

— Об этом вслух не говорят, шеф, — подмигнул Дым. — Сила-то в руках еще есть.

— Ты говоришь о моей дочери, не забывай, — Сажин шутливо встал в боксерскую стойку и поднял кулаки.

— Давайте, сэр, дождемся секундантов, — пошутил и Леня.