Обряд меняет психику, иногда частично, а иногда превращая мужчину в безвольное, покорное любой прихоти хозяйки существо. Поэтому речи о чувствах не идет.

Я, конечно, много страшного слышала об этом обряде, но не предполагала, что все обстоит еще ужаснее. С этим определенно нужно что-то делать. И внутреннее чутье подсказывало, что ответы на некоторые загадки могут отыскаться именно на Лорне. А еще, стало жаль моего эльфа и, наплевав на всех, я все же его обняла, встретив удивленный, но довольный бирюзово-золотой взгляд.

— У нас не будет этого обряда, — тихо шепнула ему на ухо, — потому что у нас есть много большего чем то, что он может нам дать.

И мне улыбнулись. Улыбнулись так, что я только за одну такую улыбку готова горы свернуть, а не только отыскать разгадку на какую-то там древнюю тайну. Ерунда это все. Суета сует, по сравнению с тем, что творилось в моей душе в этот самый момент.

— Ну, конечно! — раздался за нашей спиной голос, от звука которого лично мне захотелось застонать, — опять обсуждаете отлет? Хорошую ты работу себе выбрал, Дарин. Приятную.

— Завидуй, молча, — усмехнулся «леденец» и поцеловал меня в нос прежде, чем обернуться к нахальному шаендарцу.

И снова взгляд улыбающегося лорда-префекта мне не понравился. От него по позвоночнику пробежал неприятный холодок, но я открыто и прямо посмотрела ему в глаза и даже нашла в себе силы улыбнуться. Рядом с ним стояли леди Алейна тама Сану — представитель планеты Таоку и ее неизменный телохранитель, испещренный ожоговыми шрамами таштор, Двейн. Девушка приветливо улыбалась.

— Здравствуй, Аля, — произнесла она звонким голоском.

Сегодня Алейна была одета в простой летный комбинезон, и ничто не выдавало ее высокого положения, а на принадлежность салорки к Темному Кругу, вообще, указывала только отпугивающая внешность ее телохранителя.

— Здравствуй, — улыбнулась я в ответ.

Элвэ и тер Куина отошли в сторону, о чем-то совещаясь. Телохранитель стоял со скучающим видом, словно ничто из происходящего вокруг его не касалось, зато к нам подошел Погодин и, разумеется, уставился на леди Алейну.

— Здрассти, — поприветствовал он нас, потом окинул салорку заинтересованным взглядом и воскликнул, — ух, ты! Какая красотка! Мадемуазель, разрешите представиться.

Я — Стас, Стас Погодин, для друзей — Стасик. Но вы, прекрасная незнакомка, можете называть меня милый, или, скажем, лапуля, я бы даже не отказался от «мой милый пирожок»!

— Погодин, прекрати, — тихо прошипела я, ущипнув друга, потому что реально испугалась.

Таштор, увидев, нездоровое влечение со стороны Стасика к охраняемому им объекту, напрягся и грозно взирал на нас, готовый в любую минуту подойти. Леди тама Сану тоже это заметила и поспешила исправить ситуацию.