Противотанковые надолбы возводились из того же низкосортного бетона: они валялись в расколотом виде и в том же шахматном порядке, как были установлены. На вершине холма возвышались серые руины — целые бастионы полегли под залпами фронтовой артиллерии. Здесь работала и авиация — утюжила с неба построенные «на века» фортификации. За черным ельником и парой перелесков показалась деревня — очевидно, Варкса, конечный пункт путешествия. С холма просматривался дальний лес — до него было две версты. За лесом начиналась вторая линия финской обороны.

Пока ее не брали, только прощупывали. Полуторка свернула с основной дороги и через несколько минут въехала в деревню. Пару дней назад здесь хозяйничали финны, теперь деревня отошла Советскому Союзу. Дзоты на южной околице тоже лежали в развалинах, но большинство жилых домов остались целыми. В деревне располагался штаб 16-го полка 7-й армии, действующей на Выборгском направлении. Здесь кипела жизнь. Дымили полевые кухни, стучали топоры — солдаты заготавливали дрова. Палатки с печками-буржуйками ставили во дворах — для всех жилого пространства не хватало. Ревели тягачи, вытаскивая за северную околицу батарею 76-мм орудий. Полуторка въехала в расчищенный от снега двор и остановилась неподалеку от солидной избы из очищенных от коры бревен. Шофер заглушил двигатель. И сразу стали различимы звуки дальней канонады — гремело на востоке за холмами и хвойными чащами.

— Эй, водила, спасибо! — Никита первым спрыгнул с кузова и зашагал к избе, надеясь, что там получит все необходимые справки.

Распахнулась от толчка тяжелая дверь из сосновых чурок.

Из избы пыхнуло теплом. Что удивительного? Дым из трубы валил такой, словно это пароходная труба.

— Разрешите?

— Да, кого там принесло? — Лысоватый мужчина с двумя шпалами в петлице сидел на колченогом табурете у стола и пристально разглядывал оперативную карту. В кулаке он сжимал алюминиевую кружку, из которой поднимался густой пар. Очевидно, руки были из стали — не обжигались.

— Старший лейтенант Мечников, прибыл из Ленинграда в ваше распоряжение, — козырнул с порога Никита."

"— Ага! — встрепенулся мужчина.

Он был один в помещении, поставил кружку, поднялся. У офицера была крупная голова и кулаки под стать — такими орехи колоть удобно. — Ждем не дождемся, товарищ старший лейтенант, — протянул он руку, и Никита осторожно ее пожал — кисть утонула в мясистой ладони. — Майор Макеев Вячеслав Харитонович, командир 16-го стрелкового полка. Ждали к вечеру, старлей, а ты уже нарисовался. Наслышаны о твоих предновогодних похождениях по вражеским тылам — мое уважение.