Я не планирую всю ночь гулять с тобой.

Я нервно улыбаюсь.

— А можно узнать, что ты планируешь?

1.5

— Я уже говорил тебе о своих планах.

Мое сердце сжимается. Боже, он же несерьезно?!

— Тебе не кажется, что все это… похоже на… похищение? — я стараюсь говорить ровным голосом, но тяжелое дыхание выдает мое волнение. — Может, ты не будешь усложнять себе жизнь и все-таки отпустишь меня? У тебя могут быть проблемы.

Но он полностью игнорирует угрозу в моих словах, снова дразня меня своих смехом. Звук такой теплый, что мне хочется его попробовать на вкус.

Мысль настолько дикая, что я тут же выкидываю ее из головы и пытаюсь вырвать свою руку из его хватки.

— А ты забавная.

Я пыхчу, шлепая его свободной рукой по татуированному запястью.

— А ты нет! Отпусти меня, тиранический мудак!

— Если я отпущу тебя, ты неправильно используешь свою свободу, куколка. Но будь ты честна со мной, я бы мог это сделать. Ведь на самом деле ты не хочешь, чтобы я тебя отпускал.

Моя кровь закипает, и я с трудом уговариваю себя не делать глупостей. Вместо этого я выплевываю:

— Надо же, какое самомнение! И с чего ты это решил?

— Некоторые жертвы устроены по-другому. Они делают вид, что не хотят быть пойманными. Но желают этого больше всего на свете, — произносит он низким расслабленным голосом, вкладывая в свои слова двоякий смысл.

И мне не нравится, как от этого повышается температура моего тела, несмотря на прохладу августовский ночи.

У меня первый раз такая реакция на парня.

— Мне кажется, у тебя мания величия, — отшучиваюсь я немного истерично.

— Я рад, что мы все выяснили, — он ухмыляется одним уголком губ и проводит большим пальцем по моим холодным костяшкам. — Идем, ты замерзла, — в его голосе нет и капли намека на заботу, точно так же как и в его прикосновении нет нежности, но тогда что это и почему я позволяю ему снова сбить меня с толку? — Какие-то проблемы?

Ты моя проблема!

Сжав челюсти, я тяжело дышу и смотрю на безумца, который, судя по всему, возомнил из себя Бога.

— Почему тебя волнует, замерзла я или нет? Обычно похитителям все равно.

Его мрачные серые глаза вспыхивают весельем.

— Не то чтобы меня это волнует. Просто я не хочу трахаться под клацанье зубов.

Я морщусь.

— Обязательно быть таким грубым?

Незнакомец снова притягивает меня к себе, но на этот раз его вторая рука ложится тяжестью мне на поясницу и буквально вдавливает меня в свое твердое тело.

— А ты хочешь, чтобы я был нежен с тобой?

Я смотрю на него снизу вверх, ловлю его мятное дыхание губами и все больше и больше чувствую себя в ловушке. Мое сердце так сильно бьется, что он может слышать его метания в груди. Как бы мне ни хотелось противостоять его чарам, этот подонок определенно точно знает, во что играет. А вот я оказалась слишком слабой.