Играю с ним в железную дорогу, а в голове медленно и верно перекручиваю детали плана. Втихаря собираю все необходимое в сумку-шоппер. Паспорт, Робкино свидетельство о рождении, все складываю в сумку. Мысленно взываю ко всем богам, чтобы никто не догадался о нашем побеге. Вадим точно не отпустит нас с Робертом. На память приходят его резкие слова.

«Он с самого начала давал понять, что ты тут лишняя. А ты не слышала? И любовь эта… Говорит о высоких чувствах, а сам думает, как удержать рядом Кирилла».

Но если Вадима я люблю, то к его воскресшему сыну испытываю глухое презрение. Сама не хочу оставаться рядом и Роберту не позволю.

«Чем дальше, тем лучше», — думаю я и, как только Роберт засыпает, покупаю билеты в Эдинбург. Вылет завтра в восемь вечера. Должна все успеть и не попасться. Мой план фантастически прост, и мне уже самой не терпится дождаться утра.

Косогоров приезжает поздним вечером, когда я принимаю ванну.

— Олюшка, — тянет удивленно. — А я думал, ты в клинике. Что же не позвонила?

Я смотрю, как он проводит ладонью по коротко стриженой макушке, как нетерпеливо раздевается на ходу и совершенно неожиданно забирается ко мне в ванну. Через борта плещется вода, но Вадима это мало волнует.

— Любушка моя, как же я соскучился, — шепчет он, усаживая меня к себе на колени.

«Последняя ночь любви. Прощальная. Пусть будет так», — думаю я, прижимаясь к любимому мужчине. Вдыхаю его запах и с каждым вздохом стараюсь запомнить ни с чем несравнимый аромат. Наверное, так и пахнет любовь. Запомнить бы. Сохранить в памяти. Прихватить с собой старую майку Вадима. А когда тоска возьмет надо мной верх, сунуть нос в пакет и снова представить рядом Косогорова.

— Мой любимый, — шепчу я, обнимая мужчину, так и не ставшего мне мужем. Прильнув к нему, покрываю поцелуями шею и грудь. Вывожу ногтями узоры на спине и остро чувствую каждое прикосновение Вадима. Аж дрожь пробирает.

Я с ним прощаюсь, а он и не догадывается. Лишь приятно поражен моей прытью.

— Олюшка, — рычит, нависая надо мной. — Какая же ты у меня горячая, девочка!

Меня переполняют эмоции. Чувствую, как сердце выпрыгивает из груди. Стараюсь не разреветься и не признаться в своей затее.

Лишь полностью отдаюсь во власть этого мужчины. И когда он вынимает меня из ванной и несет в спальню, нисколечки не возражаю. Лишь прижимаюсь щекой к его груди и обвиваю шею руками.

«Последний раз», — напоминаю себе.

Подстраиваюсь под его ритм и с каждым толчком внутри меня уплываю все дальше и дальше от реальности. Могу только рычать и стонать, сжимая меж пальцев простыню, изгибаться дугой навстречу. Шептать, шептать имя, давным-давно ставшее для меня заклятьем.

— Вади-им!

Отдышавшись, мы долго лежим в обнимку.