Теперь понимаю, я и прежде всегда реагировала подобным образом на прикосновения Рустама. Просто запрещала самой себе это анализировать. Убегала от истины. Закрывалась от правды.

Теперь – некуда бежать. Да я и не хочу. Хватит побегов.

- Я начал поиски с убийцы Амины, - говорит Рустам. – Пытался отыскать реального заказчика. Не догадывался, сколько всего там скрывается. Про твоего поклонника по чистой случайности узнал. Про Шакала. Не так давно картину составил.

- Ты упоминал допрос первоисточника, - глухо выдаю я. – Кто он?

- Ох, с ним ты знакома едва ли не лучше, чем со мной, - тянет насмешливо, в черных глазах загораются искры.

– Сама способна ответить на свой же вопрос.

- Граф? – выпаливаю я. – Он твой друг? Помощник? Учитель? Ты сумел перевести его на свою сторону? Уговорил сотрудничать?

- Почему ты решила, будто Граф – мой учитель? – пристально изучает выражение моего лица, сканирует горящим взглядом.

- Ты рассказал стих, - отвечаю тихо. – Когда опять примерял его образ. Помнишь? Стих про Тигра. В тех строках идет речь о творце, о том, кто создал дикую и сокрушительную стихию. И вся наша беседа выстраивалась так, словно наглый ученик пробует превзойти учителя, но ему ничего в этом вопросе не светит.

Признаюсь, трудно понять, враги ли вы. Друзья? Полагаю, отношения у вас доверительные, если он разрешает тебе наряжаться в самого себя. Граф состоит в «Табула Раса»?

- Мы действительно сблизились, - соглашается Рустам. – Столько проникновенных разговоров. Проникновенных – в прямом смысле.

- Я не уверена, что понимаю тебя сейчас.

- Я рад, что не понимаешь, - улыбается, чуть приподняв уголки губ, теперь от него веет холодом, мороз разливается под кожей.

– Признаю, у Графа я многому научился.

- Надеюсь, речь не про те кровавые развлечения, - замолкаю, судорожно глотнув кислород.

- Ну тут уж скорее он у меня учился, - замечает Рустам абсолютно серьезно.

- Вы делили женщин? – дышать удается с огромным трудом.

- Воспоминания.

Черт. Почему это слово звучит настолько жутко и угрожающе? Жилы стынут, и я уже не в состоянии возмущаться, требовать прямых объяснений, все разумные фразы сгорают в ледяном огне.

- Граф создал вокруг себя ауру таинственности, - продолжает Рустам. – Распустил разные слухи, очень противоречивые и запутанные.

Вдохновил людей слагать легенды. Ничем не ограничивал их фантазии. Наоборот, подстегивал. Он менял обличья как перчатки. Никто не мог точно утверждать, что хоть раз видел его настоящее лицо. По официальной версии Граф был хромым калекой. Уродцем, который никогда не появлялся на людях без маски.

- А в реальности? – вопрос вырывается машинально.

- Говорили, будто он дурачит людей. Нога его в полном порядке. Лицо без явных изъянов. Никаких следов экзекуций на нем не осталось.