- Против ордена пацан бы не выстоял, - чеканит холодно. – Годы ушли, пока я до истины добрался, раскопал груды материала и сумел бросить вызов.

Я обнимаю его, прижимаюсь очень крепко, подаюсь внутреннему порыву. Чувствую бой сердца. Впечатление, словно сливаю нашу кровь воедино.

- Когда Шакал понял, что твою девственность увели у него из-под носа, одурел, надавить на немку он не мог, ведь та действовала по указанию всего высшего круга, пусть и была полностью за своего патрона. Пришлось использовать твоего дружка. Ярика. Думаешь, чисто по доброте душевной рядом с тобой отирался? Приглядывался, влезал в доверие, после наплел всякого дерьма, а ты уши развесила и повелась.

Наивная душа. Тут уже я вмешался. Решил пора приступать к твоему сладкому наказанию.

На последних словах Рустам недвусмысленно сжимает мой зад, и я подскакиваю, поспешно от него отстраняюсь, а он лишь хохочет."

"- Шакал не успокаивался, - продолжает, отсмеявшись. – Сначала Графу проиграл, потом мне. Обидно стало. Полез на особняк. Пробовал тебя похитить, а ты всех нас обставила, удрала четко. Даже не сразу нашли. Пара часов потребовалась. Дальше он опять в грязь потянулся.

Нанял ту бригаду торчков. Торговцы живым товаром. Сука. На что надеялись? Пусть и не моя территория, но плевать на условности. Долго им нарываться не пришлось.

- Где Ярик? – спрашиваю тихо. – Татьяна? Они ведь исполнители. Ничего толком не знали. Уверена, даже не понимали, что творят, на кого работают.

- Ты их никогда не увидишь.

- Рустам…

- Знали достаточно. Не сомневайся. Одна заманивала девчонок в клуб для извращенцев. Другой заграницу переправлял. Еще и шеф ваш там замазан был дальше некуда. Верно твой братец ему в бубен зарядил.

Я после добавил. До кучи, чтоб не расслаблялся.

- Мой шеф? – глаза против воли округляются.

- Вся твоя контора была прикрытием.

- Господи, неужели я тоже… - зажимаю рот ладонью.

- Нет, конечно, - фыркает. – Большинство людей там обычными делами занимались. Зато грязные деньги отмывали. Как через фильтр пропускали. Твой дружок и не догадывался, насколько сильно Татьяна в том же самом бизнесе увязла. Только шеф оставался в курсе последних дел, но он умел хранить секреты. Короче, этот мусор я обсуждать не стану. Мы достаточно внимания им уделили.

Много чести продолжать.

Тяжело дышать. Тревога захлестывает с головой. Сколько лет прожить, точно под микроскопом. Год за годом. Ближе и ближе к эшафоту.

А если бы Рустама не было рядом? Если бы он не добрался до правды?

Мне становится очень нехорошо. Мужчина это чувствует. Обнимает. Мягко, едва касаясь, согревает в своих сильных руках. Ограждает от жестокой реальности вокруг. Он палач. Убийца. Тогда почему настолько спокойно в его объятиях?

Мое тело принимает то, что отказывается принять разум.