Понимаете, я чувствую себя неловко, мне не хочется чувствовать себя чрезмерно обязанной…

— Что значит «слишком заботитесь»? — поинтересовался Алексей, крошечной серебряной ложечкой накладывая икру из розетки.

— Мне кажется, что и трельяж с косметикой и духами, и ресторанный ужин — это немного «сверх». Вы же знаете, что я не смогу заплатить вам ничем, кроме собственной благодарности. И потом, я просто не понимаю, почему вы делаете это?

— Почему? — он усмехнулся. — Ну, во-первых, потому что мне хочется сделать приятное красивой женщине, а во-вторых, я люблю, чтобы люди сохраняли обо мне самые добрые воспоминания. Разве это так уж плохо?"

"— Вовсе нет, — пожала плечами Юлька и, взяв вилку, принялась есть салат. Ей очень хотелось спросить о том, позвонил ли он Сереже и когда она сможет уехать домой, но теперь это казалось неловким. После разговора о гостеприимстве и несколько неуклюжих изъявлений благодарности еще и намекнуть, что хочешь поскорее убраться отсюда? Нет, Алексей этого явно не заслужил. Юля изредка бросала на него быстрые взгляды. Он сидел на своем стуле прямо и ел очень красиво, ловко управляясь со столовыми приборами, локти его почти не отрывались от тела, а на красивом, правильном лице играли отблески каминного пламени. Все это напоминало ужин в старинном английском замке, и Юлька бы, наверное, не удивилась, если бы на середину комнаты, потягиваясь, вышел поджарый мраморный дог. Пожилая дама в длинном фиолетовом платье и белом фартуке появлялась еще несколько раз, принося то утку с яблоками, то румяный пирог, то десерт. Но красное вино в прозрачные бокалы Алексей всегда наливал сам. Свечи уже начали оплывать, оставляя на канделябрах неровные восковые потеки, когда Юля наконец решилась спросить:

— Скажите, вы дозвонились до Сережи?

— Да, конечно, — утвердительно кивнул он, поднеся бокал к губам. — Мы очень мило побеседовали и, по-моему, пришли к взаимовыгодному решению. Но пока еще, конечно, рано говорить о чем-то определенном.

— То есть как это рано?

— А так, рано… Но вам абсолютно не о чем волноваться. Я оставляю вас в доме с прислугой и охраной. Вы спокойно переночуете здесь, отдохнете… Кстати, можете перед сном искупаться в бассейне: купальные принадлежности вам уже, наверное, принесли… А завтра, ну, в крайнем случае, послезавтра отправитесь вместе со своим другом домой.

— Но я не могу завтра или послезавтра! — проговорила она, чувствуя, как холодеют губы. — Я и просила Андрея организовать это похищение так срочно, потому что время не терпит.

— Здесь я уже ничего сделать не могу, — Алексей развел руками. — Абсолютно все теперь зависит от вашего Сережи… Как, вы говорите, его фамилия?

— Палаткин.