Мятое платье, скошенный каблук на туфле. Лохматые волосы.

Я словно с веселой вечеринки возвращаюсь под утро, где всю ночь танцевала на столе и купалась в шампанском.

Но на часах еще даже не полночь.

Оглянулась, проверяя, идут ли за мной. Наткнулась взглядом на крупную фигуру Артура, что появился из зала.

И быстро-быстро застучала каблуками к лестнице."

"Объяснения этому нет и не будет, ведь меня не заставляли, мне, правда, было изумительно там, в отдельном кабинетике, вместо романтического ужина при свечах наслаждаться тем, с каким голодом треплют меня.

Почему тогда сейчас словно отрезвление пришло, и поднять глаза на желанного мужчину смерти подобно.

Так бывает. Что людей, видевших твою слабость - избегать начинаешь, презирать.

И вот я тоже злюсь. Что устоять не могу перед ними двумя, что от них сексом несет за версту и они оба красивы, как оживший сон.

Взбежала по ступенькам и вышла на площадке второго этажа. Замедлила шаг, успокоить стараясь взбесившийся пульс.

Комнаты, комнаты, комнаты.

Вот дверь в наш с Артуром номер.

Остановилась и, не поворачиваясь еще, почувствовала, что они тоже в этом коридоре, оба, тяжелая поступь шагов набатом стучит в висках.

- Позволишь? - негромко, хрипловато спросил за спиной Артур. И через мое плечо потянулась его рука с ключ-картой.

Отшатнулась слишком поспешно, с головой выдавая свое волнение.

И услышала, как муж усмехнулся.

- Что тебе весело? - обернулась в раздражении.

Макар стоит рядом с Артуром, небрежно сунув руки в карманы брюк. Брюки там, где ширинка - испачканы. Моим соком, его семенем.

В таком виде он шел по ресторану.

И сложно представить, чтобы он себе позволял подобное раньше. А сейчас и не смущается, будто так и надо.

- Весело, что ты шарахаешься, Эмма, - его прямой, такой же потемневший взгляд скользнул по моему лицу. - Знаешь ведь, зачем мы поднялись в номер. Любимая жена.

- Я могу уйти, - бросила.

- Именно, что не можешь, - Артур распахнул дверь и подтолкнул меня в номер. Зашел следом и щелкнул выключателем. - Ужин будем заказывать или не надо? - спросил у меня за спиной.

И мне послышалась очередная издевка, словно это я их двоих соблазнила, сама притащила их сюда и требую удовлетворять меня.

- Закажи лучше честность, откровенность, способность признать, что ты...

- Тихо, тихо, - они оба заметили, что меня понесло. Макар прикрыл дверь и щелкнул замок. - Эмма. Сама-то признаешь, что сейчас происходит?

Не ответила. Сбросила обувь, и получилось нервно, туфли полетели по мягкому ковру в разные стороны. Босиком прошла до ванной и захлопнула дверь.

Посмотрела на себя в зеркало.

И торопливо отвернулась.

Я права. И он прав.

Они двое не хотят признавать, что все это начали сами, тогда еще, весной.

А я сейчас своего отражения в зеркале избегаю и вину испытываю за то, что было.