Она первая пришла к нему! Он-то сдержал слово, говоря, что не тронет!"

"— Хорошо, не буду с тобой спорить, — сдала позиции Соня. Не хотелось испытать на себе ярость большого разгневанного волка. — Что было дальше? Ты упомянул, что Павел познакомился с мамой, когда я была грудным младенцем… Я точно знаю, что мама уехала из стаи, когда мне было два года. За то время, что мы провели с сородичами, Павел приезжал к ним и требовал, чтобы она ушла к нему?

Лицо мужчины ожесточилось, он с яростью выпалил:

— Приезжал! Приезжал постоянно, тем самым унижая себя! Он добивался Милы, но та решила доказать, что она сильная волчица и сможет противостоять альфе! Видите ли, ее не спросили, когда пожелали! А не она ли сама с радостью раздвинула ноги, когда увидела Павла? Об их сексе едва ли не легенды слагали! И это с учетом того, что оборотни не отличаются скромностью!

— Денис, ты говоришь о моей матери, — напомнила Соня, услышав грубые слова.

— И что? Я знаю, о ком говорю! Больше двадцати лет мне изо дня в день только о ней и говорили! Думаешь, приятно видеть, как мучается близкий человек? — Денис не сбавлял оборотов, в его голосе появились угрожающие нотки.

 — Отец с ума сходил по своей паре! Когда же она решила уйти и скрыться от него, едва не истребил вашу стаю. Ты думаешь, разумное решение — подставлять всех из прихоти? И ладно бы Мила ничего не чувствовала к отцу!.. — Мужчина уже рычал. — Они должны были быть вместе!

Пораженная его словами, Соня притихла. Перед внутренним взором одна за другой проносились картинки. Как мама швыряла в чемодан одежду, металась по дому, стоило почувствовать запах Павла, как замирала в ожидании его появления, как потом зализывала раны, как… Когда она поняла, что Павел больше не придет, в ее глазах появилась тоска.

Соня, тогда уже подросток, однажды обратила внимание на странный мускусный запах, несвойственный матери, после очередного ухода Павла. Тогда она не знала, что такой след оставляет оргазм.

— Возможно, у нее была причина скрываться от твоего отца, — с сомнением сказала Соня и взглянула на Дениса. Надеялась, что он подтвердит ее догадки.

Надежда не оправдалась.

— И какая же? Гордыня! — пророкотал Денис, на его скулах заходили желваки. — Да, не спорю, у Милы хватило силы воли, чтобы противостоять Павлу.

До сих пор не понимаю, почему он не подчинил ее или не перегрыз горло! Он мог пометить, насильно навязать свою волю и стать ее непосредственным альфой! Но нет! У него была страсть!

Соня застыла, пораженная словами мужчины. Она никогда не задумывалась о волчьей стороне жизни сородичей.

— А разве… разве альфа может загрызть члена своей стаи?

— Да. — Колючий взгляд впился в ее лицо. — Имеет полное право вызвать на поединок и наказать. Степень наказания тоже определяет сильнейший.