Неужели вдвоем рассчитывали отбить своих баб и детей у моего «Стикса»?

Самандар и Матвей молчали. Юрген хмыкнул.

— Что-то вы не очень разговорчивы. Кто из вас Соболев, а кто Балуев?

Матвей понял, что, несмотря на защитные приспособления, Самандар продолжает держать сознание полковника и его подчиненных под контролем, значит, пока все шло по разработанному сценарию.

— Я Соболев, — шагнул вперед Матвей.

— Ага, я так и думал. — Юрген махнул рукой майору с рацией. — Проверьте периметр и пройдитесь вокруг базы на всякий случай, вдруг у них есть поддержка. Ну, а с вами…

— Подожди, полковник, — быстро проговорил Матей. — Дай хоть взглянуть на… пленников, убедиться, что с ними ничего…

— А вот это уж — позволь, пусть пока посидят. Никто и пальцем не тронул, хотя было желание… поиграть с мадам, уж больно красивая. — Юрген растянул губы в плотоядной улыбке, глаза его стали маслеными. — Кусается только."

"— Если ты ее… — Голос Матвея стал хриплым.

— То что? — поднял брови Юрген. — Ты меня в угол поставишь? — Солдаты заржали. — Или проведешь операцию перехвата под огнем шести стволов? Вряд ли тебе это удастся даже с твоими возможностями. Но вообще идея хорошая — потягаться с тобой в спарринге. Министр почему-то дал приказ доставить тебя к нему живым, но он ничего не говорил, когда — до боя или после. Будем считать, что мы перехватили вас при попытке десантного прорыва.

— Покажи… девушку… и сына… — проговорил Матвей шепотом. — Потом устроим показательный бой.

Юрген оскалился, собираясь ответить отказом, но почему-то передумал. Капли пота на лбу Самандара стали крупнее, и Юрген пренебрежительным жестом подозвал дежурного майора:

— Приведи их, пусть посмотрят напоследок.

Майор скрылся в здании изолятора и через несколько минут вывел Кристину и сонного Стаса. Несколько долгих мгновений Матвей вглядывался в их родные, осунувшиеся, бледные лица, молча передавая импульсы любви и нежности, надежды и успокоения. Потом повернул голову к Юргену:

— За то, что ты сделал, полковник, ты скоро заплатишь в полной мере.

Юрген сплюнул, махнул рукой на изолятор.

— Уведите! — И в это время недалеко вдруг послышался звук автомобильного мотора, смолкшего у входных ворот.

— Кого еще принесло? — прислушался к шуму Юрген, доставая рацию. — Сманидзе, что там у тебя за шум?

В ответ ворота базы раздвинулись, и во двор вкатился широкий черный «лендровер» с флажком на капоте, приблизился, урча мотором, к зданию изолятора.

Открылась дверца, и из темного нутра автомобиля грузно вылез… министр обороны Федор Иванович Гусев.

Если бы Матвей сам не готовил появление «министра», он поверил бы в то, что появился истинный министр, собственной персоной.