Я встал и вышел. Определенный подъем я испытал. Есть еще вопросы, что меня ждет в Охотничьем. Теперь будет выход на все вольные отряды. Это плюс, даже на аристократию.

Отправился на тренировочное поле, чтобы закончить занятия моих балбесов да и новостями с ними поделиться. Когда все потные вернулись в казарму, я построил их и сказал:

— Господа и дамы, — сделал кивок в сторону девушек. — У меня хорошие новости. Начну с главного: Вершинин больше не старший лейтенант. Его разжаловали до сержанта и высылают из этой части.

— А кто будет главным? — спросил Дмитрий.

— Спасибо, — улыбнулся пареньку. — Это еще более радостная новость. Наш сержант Твердохлебов теперь лейтенант и займет должность Вершинина.

— Что? — удивились все.

— А кто тогда будет нашим сержантом? — удивилась Ольга.

— Вам повезло! Самсон Андреевич уже выбрал отличного кандидата — сержанта Земанского.

— Вам? Ты сказал: «Вам»⁈ — повторил мои слова Айваз.

— Не ошибся я в тебе, — цокнул на паренька. — Да… Это еще не все новости. Меня повысили до сержанта, и я уезжаю служить в другое место.

— А что с нами будет? — спросил Дмитрий.

— Ничего. Вы продолжаете служить под началом нового сержанта и лейтенанта Твердохлебова. Теперь все будет по-другому и намного лучше, — я наигранно улыбнулся.

Ребята разошлись. Пока еще переваривали информацию, а я думал, кого с собой взять. По-хорошему Айваза и Витю. У одного мозги и сила, у второго — только сила. Или девушек… Прервал мысли, потому что стало заносить не туда. Нет, слишком большое искушение. Плюсы, помимо юных тел, есть: убийца рядом и лекарь. Но…

— Боря! — обратился ко мне Владимир. — Я рад за тебя и за все… — развел руками паренек.

— Борзов, ты чего? Расстроился, что я покидаю тебя? — хлопнул его по плечу. — Я буду в гости приезжать.

— Дело не в этом, — убрал мою руку Владимир. — Получается, я больше не смогу с зельями работать? А Дарья Марковна?

— Кто о чем, а вшивый о бане… Не переживай, герой-любовник, все будет.

Царева стояла у стены и смотрела на меня. Улыбалась, сложив руки под отсутствием груди. Ольга пыталась подойти, но каждый раз ее попытки обламывали другие. Только она подошла ко мне.

— Решено! — сказал я вслух и пошел к Самсону.

Когда зашел в кабинет, Твердохлебов собирал бумаги уже как офицер. Нацепил знаки отличия, на чистую майку напялил китель и что-то бурчал себе под нос.

— Разрешите обратиться? — сказал я.

— Давай, выкладывай, у меня времени мало. В части разруха, тебя отправить еще надо. Перераспределить отряды, встретиться с другими офицерами, сержантами. Потом общее собрание, график выхода за стену, программы тренировок, а еще зелья и обмундирование. Голова кипит.