Но судя по тому, что Сандал неспособен даже рассмотреть его ядра, старик был силён. Для того, чтобы пробить его защиту, потребуется использовать мою божественную мощь. Причём в объёме, которые абсолютно точно оставит здесь след.

Секунда и в воздухе ярко полыхнул кусочек божественной сердцевины. Я с колоссальным трудом удержался от искушения немедленно забрать его. Вместо этого ястреб сделал молниеносный рывок вперёд и за считанные мгновения рассёк все фиксирующие ремни. И только после этого я бросил его к «искре».

Это было рискованно. Но я не видел другого способа быстро извлечь её оттуда.

На мои попытки дотянуться, она реагировала слишком слабо — требовался прямой контакт. А единственной возможностью его обеспечить оказался ястреб.

Стоило ему коснуться части моей божественной сердцевины, как та потащила спутника назад. В буквальном смысле слова. А по дороге зацепила всё, что только могла — начиная с артефактов и заканчивая Одарёнными, которые попали под её удар.

Подготовиться к моменту контакта толком не вышло, всё произошло слишком быстро. Вот ястреб соприкоснулся с частицей «искры», а вот она уже появилась перед моими глазами.

Как только оба осколка оказались внутри тела, они немедленно устремились один к другому. В следующее мгновение меня захлестнули два противоположных чувства — с одной стороны дикая боль, что терзала каждую клетку смертной плоти, а с другой — эйфория разума, который был пронизан ощущением божественной мощи.

На момент окружающий мир попросту перестал существовать. Я не видел ничего, кроме белой пелены, которая скрывала всё остальное. Как будто находился в центре извержения. А когда эта сверкающая стена пропала, внезапно оказалось, что я лежу на сырой земле.

Первая попытка встать, оказалась неудачной — смертное тело, пусть и напитанное энергией Пробоев, отреагировала на слияние двух осколков предсказуемым образом. Меня изрядно потряхивало, мышцы практически не слушались, а малейшее движение вызывало изрядную боль.

Использовать божественную мощь не имело никакого смысла. Она и стала первопричиной подобного состояния смертной оболочки. Поэтому, оставалось только ждать.

Наверху озабоченно клекотнул Сандал, уже который раз кряду пытающийся передать мне какую-то мысль.

Я сосредоточился, пытаясь разобраться, что такого хочет сказать ястреб. А потом озадаченно моргнул, скосив глаза чуть в сторону.

Это же камень, да? Тогда почему он сам по по себе прокатился по земле? И вот снова.

Сделав усилие, изменил положение головы и заметил ещё одну интересную вещь — к небольшому булыжнику тянулась нить от моего тела. Ещё раз моргнул, но нить не пропала. Может Локки здесь всё-таки выжил? Уж больно всё это напоминает его манеру шутить.