— Я не совсем чужеземец; я бывал в этой земле и раньше, и не однажды; я ехал с войском Рохиррима, хотя и под другим именем и в другой одежде. Вас я не видел: вы слишком молоды, но я разговаривал с Эомундом, вашим отцом, и с Теоденом, сыном Тенгела, и никогда в прежние дни ни один высокий военачальник этих земель не принуждал человека отказываться от такой погони, как моя. Мой долг ясен — идти дальше. Вы должны сделать выбор, сын Эомунда. Помогите нам или, по крайней мере, не мешайте. Или попытайтесь исполнить ваш закон. Если вы так поступите, меньше ваших воинов вернется к королю, меньше станет участвовать в войне.

Эомер некоторое время молчал, потом заговорил:

— Мы оба должны торопиться. С каждым часом ваши надежды тают, а моих товарищей раздражает задержка. Мой выбор таков: можете идти. Более того, я дам вам лошадей. Прошу только об одном: когда завершите свои поиски или поймете, что они напрасны, верните лошадей к Энтвейду, где в Эдорасе в золотом чертоге сидит теперь Теоден. Тогда вы докажете, что я не ошибся. Я рискую собой — быть может, всей своей жизнью, — в надежде на вашу честность. Не обманите меня!

— Не обманем, — пообещал Арагорн.

Всадники сильно удивились, бросали мрачные и недоверчивые взгляды, когда Эомер отдал приказ передать свободных лошадей чужеземцам, но лишь Эостен осмелился высказаться открыто:

— Может, это и хорошо для этого лорда из Гондора, если он говорит правду. Но кто слышал о том, чтобы лошадь Марки давали гному?

— Никто, — ответил Гимли. — И не беспокойтесь: никто и не услышит об этом. Я предпочитаю идти пешком, чем сидеть на спине у такого большого и свирепого животного.

— Но вы должны ехать, иначе задержите нас, — заметил Арагорн.

— Вы можете сесть со мной, друг Гимли, — предложил Леголас. — Тогда все будет хорошо.

Арагорну дали большую темно-серую лошадь.

— Ее имя Хасуфель, — сказал Эомер. — Пусть она носит вас лучше и приведет к большей удаче, чем Гарульфа, своего бывшего хозяина.

Меньшую и более легкую, но норовистую и живую лошадь дали Леголасу. Звали ее Арод. Леголас попросил снять с нее седло и уздечку.

— Мне они не нужны, — сказал он и легко вспрыгнул на лошадь.

К удивлению всадников, Арод был спокоен и послушен, он двигался взад и вперед по первому слову всадника; эльфы знали, как обращаться с лошадьми. Гимли помогли сесть позади Леголаса. Он вцепился в своего друга, но держался спокойнее, чем Сэм Гэмджи в лодке.

— Прощайте! Желаю вам отыскать то, что вы ищете! — воскликнул Эомер. — Возвратите этих лошадей, и пусть тогда наши мечи сверкают вместе!

— Я приду, — сказал Гимли. — Слова о госпоже Галадриэль все еще стоят между нами. Я должен научить вас вежливым речам.

— Посмотрим, — ответил Эомер.