Остальные легионеры, кроме дозорных, скопились вокруг нас.

— Все же южное направление, — продолжал гнуть свою линию Род. — Я предлагаю Узочи.

— Твои предложения никого не интересуют, — отрезал Бенидан. — Дался тебе этот Узочи!"

"— У него там баба, — заржал один из легионеров, а Род повернулся и со злой мордой показал зубоскалу кулак.

— Ты не о своем конце сейчас думай, а о других частях тела, — зыркнул на него Бенидан.

— Напраслину говорят, господин фендрик! — обиделся Род.

— А что, если спуститься к побережью? — сказал я. — Пройдем западнее, до Дакареи. Путь, конечно, неблизкий, но скорее всего эта зона свободна, оркам сейчас не до моря.

В случае чего обойдем Хамизи с запада, и дойдем до Дакареи. Или до Рутендо, если повезет.

— Если к тому времени будет, куда идти, — покачал головой Бенидан.

— Ну я думаю, до Квазумбе они вряд ли доберутся, — сказал я. — Сейчас это — наша цель.

— Примем это как рабочую гипотезу, — сказал Бенидан, сворачивая карту. — Спускаемся к побережью, там можно пройти до Дакареи. А дальше — по обстоятельствам.

Вот это уже более жизненно. А обстоятельства бывают разные, либо заплатить за портал до Квазумбе, либо устроить маленький переполох и пройти бесплатно — один черт, местные нас не любят, значит, и особо обижаться не будут.

Если мы кого-нибудь ухлопаем в процессе.

— Ну что? Отдохнули? — спросил Бенидан. — Тогда в путь!

И мы снова гуськом друг за другом втянулись в джунгли, частично возвращаясь туда, откуда пришли. Опять треклятые надоевшие мне тропические джунгли, удушливый влажный воздух и недружелюбная фауна. Делать нечего, надо было идти вперед.

Глава 13

Проснулся я от того, что Друг толкнул меня носом в плечо.

«Враг. Рядом. Следит.»

Вот еще все не слава богу… И так пилили по джунглям, не жалея ног. А после такого дневного марш-броска нашли себе место для ночлега. Правда, сначала пришлось поработать магией — змеи и прочие ядовитые гады слишком хорошо устроились, и никак не хотели покидать свои укрытия под толстым слоем многовекового перегноя. Ничего, после Внушения Ужаса вся эта масса рванула в джунгли, подальше от столь нехорошего места. Так что мы выставили часовых, и, не ставя палатки, как есть завалились на прелую листву и ветки, подложив тюки и рюкзаки под голову.

Я долго ворочался, не мог заснуть — неудобно как-то, да и содержимое моего мешка больно впивалось в голову. Что они туда, кружки, что ли, наложили? Надо будет у Руфи спросить. Пришлось довольствоваться такой жесткой подушкой и найти положение, в котором меня сморил сон. И спал бы я долго и до подъема, если бы не собакин.

«Где?» — послал я ему вопрос, не меняя положения тела и не открывая глаза.

Друг послал мне картинку того места, где затаился наблюдатель.