"

"– Родная, помнишь, я говорил тебе о второй причине, по которой считаю человека из высших причастным к опытам над людьми и двуликими? — отвлекает белую, как мел, Анилу, отец.

– Да, папа, — кивает моя девочка и тут же закусывает губу до крови, чтобы не закричать.

Рука контролера деформируется и превращается в жуткую лапу переходной ипостаси верховного двуликого. Огромные когти, не медля ни секунды, врезаются в нежную плоть, раздирая ее и будто бы пытаясь подцепить и сорвать рисунок с кожи.

И, я не верю собственным глазам, но это у контролера получается. С ноги с жутким грохотом прямо на пол спадает разорванный металлический браслет.

Чертовы экспериментаторы, уничтожу тварей голыми руками, когда доберусь! Даю мысленную клятву, взирая на жуткую черную цепь, нагнетающую в душу ужас. Ведь она против воли была вживлена в кожу моей истинной, причиняла ей боль и наносила вред здоровью.

– Так вот, это блокиратор, — как ни в чем не бывало поясняет Джейкоб, кивая на валяющийся на полу предмет, и попутно окутывает щиколотку Анилы голубоватым сиянием и излечивает ее раны за пару минут. — Эту дрянь на тебя надели сразу после рождения. До того, как ты успела впервые обернуться. Именно из-за нее ты не смогла принять вторую сущность и объединиться с Золотинкой, а твоя волчица оказалась в так называемой ловушке и не развивалась. Сделать это мог только человек. Ни один двуликий в здравом уме по собственному желанию ни за что не коснулся бы этого предмета, опасаясь проклятия Луны. И, главное, если бы тот, кто его на тебя надел, умер, блокиратор развалился бы на части сам по себе. А раз он цел и почти невредим, значит, преступник жив и здоров.

– Они это сделали, чтобы отомстить дедушке и ослабить тебя, — произносит моя девочка, касаясь руки отца, уже ставшей вполне человеческой.

И снова моя неисправимая защитница думает не о себе, хотя выглядит очень бледной и уставшей.

– Пап, но теперь-то у нас с Золей все получится? — интересуется истинная с надеждой в глазах.

Я же подмечаю, как нежный голос становится слабее, будто девушку резко покидают силы, на висках и над верхней губой проступает пот, а дыхание утяжеляется.

– Непременно, родная, — кивает контролер, тоже подмечая ухудшающееся самочувствие дочери. — Это Золотинка тянет из тебя энергию, но не по собственному желанию, а по закону равновесия сущностей. Не сердись на нее.

– Конечно, — моя умница все еще пытается бодриться."

"– Ани, я сейчас помогу тебе перевоплотиться в волчицу. Она должна восполнить силы, которых не получала все эти годы. Ты же сможешь отдохнуть, отдав ей первенство. Но только на время, родная. Запомни, назад ты должна вернуться сама. И не позже чем через пять дней.

– Хорошо, папа, — голос почти увядает.

– Все будет хорошо. Ты справишься, дочка.