Нет никаких сил и идей, чтобы хоть что-то придумать и предпринять, спрятаться или просто убежать. В голове пустота и только зашкаливающий бой сердца оглушает.

Я в ловушке.

Понимаю это отлично. Второго выхода из дома нет, а первый на виду оборотней. И даже если вылезать через окно спальни, смотрящее на лес, то всё равно вначале нужно пересечь луг, и только потом появится возможность укрыться среди деревьев.

Но что-то мне подсказывает, до них я даже не доберусь.

Соревноваться в скорости и выносливости мне, недооборотню по факту, с мужчинами, явно дружащими со спортзалом и привыкшими к физическим нагрузкам, судя по их внешнему виду, нелепо и смешно.

А в глубине души всё настойчивее зреет мысль, что по мою душу приехали неспроста, понадобилась именно я. И теперь так, как было прежде, уже точно не будет.

Однако, задавать вопрос: «Что от меня потребовалось этим двуликим?» нет никакого желания. Любопытство ни настолько сильно.

Паника и упаднические мысли так плотно овладевают сознанием, что длинный сигнал клаксона и очень знакомый девичий голос с привычными недовольными нотками вначале кажется игрой разума, а не реальностью.

— Эй, глухие, что ли, кому говорю? Не видите, машина едет? Освободите проезжую часть! — выбивает из погружения в себя шумящая на всю улицу всем известная крикунья. — Совсем неместные обнаглели! Ходят, где хотят!

— Элька? — смаргиваю пелену с глаз, размыкаю совершенно пересохшие губы и произношу еле слышно.

Появление подруги, да еще и на машине с Булаком, ее отцом и директором нашего лесозаготовительного комплекса по совместительству, подобно чуду.

Оно производит впечатление не только на оборотней, резко свернувших в сторону, но и на меня, заставляя отмереть и заулыбаться, а также почти на всю улицу. Замечаю, как многочисленные любопытные сельчане один за одним выглядывают из окон, отодвигая занавески, или подходят к заборам, вертя головой в поисках развлечения и повода посплетничать в будущем.

— Вот же неугомонная, — смеюсь чуть громче, выпуская таким образом скопленное напряжение, и качаю головой.

Громкая трель сотового, лежащего в кармане кофты, заставляет дернуться в испуге и впервые отвести взгляд от вида из окна.

Руки все еще немного подрагивают, когда достаю телефон и читаю имя абонента.

Ну точно, Элька.

Шумно выдыхаю, сглотнув вязкий комок прежнего страха, и принимаю вызов.

— Анила, дорогая! Ты нам срочно нужна! Очень-очень! — громко выпаливает трубка уверенным голосом коллеги по работе, стоит мне произнести пресловутое «Алле». — Отказ не принимается! Собирайся, мы с папой тебя ждем у ворот.

— Э-э-э, — произношу высокоинтеллектуально, выслушав насыщенную эмоциями трель подруги, и вновь выглядываю через занавеску.