Потом несколько дней и ночей подряд люди пытались [найти переправу] выбраться на левый берег Волги. [В вечерних сумерках] покинув свое войско, комбат укатил на своей машине в Торжок. Роты остались на том берегу без всякого руководства, без знания обстановки. Правда, на следующий вечер майор попытался подъехать на машине к берегу Волги, но был обстрелян. Машину пробило пулями в нескольких местах, что служило доказательством его отваги и присутствия немцев.

– 37- Необходимо [к месту] заметить, что комсостав [для ведения войны] в укрепрайон подбирался из наиболее надежных и преданных людей.

Комбат в лицо меня конечно не знал. Раньше вот так глаз на глаз я с ним не встречался. В Солнечногорске и на станции при посадке в эшелон я видел его издалека. Но когда меня вызвали к полковнику, и я вошел в штабную избу, я сразу узнал его, хоть вид у него был подавленный и угрюмый. Я поприветствовал его. Он спросил меня: какой я роты, где занимал огневую точку, где командир роты, и где я переправился через Волгу. Я рассказал всё по порядку. 10 октября мы устроили баню. Вечером, в сумерках ко мне прибежал командир стрелковой роты, что располагалась в промежутке между нашими ДОТами. Он объявил мне, что есть приказ, и они с обороны снимаются. Я кинулся к аппарату, связь была уже отключена. Я пошел в стрелковую роту, по телефону связался с их стрелковым полком, мне приказали немедленно выходить из укрепрайона. Мы шли без отдыха целые сутки и в ночь на 12 октября подошли ко Ржеву. Волгу мы перешли по мосту. Мост был взорван, как только мы перешли на левый берег Волги. Ночевали во Ржеве и потом за четыре дня добрались сюда. Полковник спросил:

– Где сейчас ваши солдаты? Я ответил:

– В сарае!

– Пусть будут до вечера там! Вечером зайдете ко мне, я на них хочу [взглянуть лично] посмотреть.

Вас позовёт тогда капитан. Мы подготовим для вас свободный дом. Но учтите лейтенант! Хождение [в светлое время] по деревне категорически запрещается!

– Вы всё поняли?

– Да!

– Вы свободны, можете идти! Нам отвели пустую избу. Окна в ней были изнутри забиты. На столе горела керосиновая лампа ""Летучая мышь"". Нас поставили на довольствие. Старшина получил на взвод продукты. Горячую пищу мы стали получать со штабной кухни.

На следующий день меня вызвали в штаб, нашего комбата здесь уже не было. От полковника я получил приказ и официальное боевое задание.

– Вы со [своим] взводом будете представлять собой летучий боевой отряд. Получите грузовую машину, ротный миномет и три ящика боеприпасов. Ручной пулемет у вас есть. С вечера на машине будете объезжать вот этот район, смотрите на карту. Следовать будете вот по этому маршруту. И полковник показал мне на карте дороги, по которым я должен буду ездить.