Меня возмущали эти нелицеприятные намеки в адрес Алмира, но почему-то возмущение утихло само собой. Эриона хотелось слушать. Просто слушать – и все. И он не умолкал.

– Полагаю, вам кажется, что я веду себя не совсем по правилам этикета, верно? – Эрион посмотрел на меня с понимающей улыбкой. – На самом деле мне чужды все эти навязанные правила и сама такая жизнь. Но будем откровенны, леди Вилена, вы ведь, как и я, несмотря на происхождение, чувствуете себя чужой здесь. Наверняка постоянно ловите на себе косые презрительные взгляды. И уж к тому же, без сомнений, вас очень задевает, что один высокородный лорд проявил к вам интерес исключительно из-за вашего рода.

– Извините, но это совершенно вас не касается. – Здравый смысл еще пытался бороться с необъяснимо млеющими эмоциями.

– Ну почему же… – Эрион внезапно взял меня за руку, не давая уйти. – Будет как раз таки мое, судьба ведь бывает весьма непредсказуема.

Мы проговорили почти весь вечер. Точнее, в основном говорил только он, а я почему-то толком и не запомнила, о чем шла речь. Мне нравилось просто слушать голос Эриона, таким мелодичным и приятным он казался.

Будто играл на потаенных струнах моей души. И когда мы с тетей Эмилией возвращались с приема, я даже не слушала, что именно она говорит, словно и в карете по-прежнему звучал голос Эриона. И лишь уже когда подъезжали, я с ужасом вспомнила, что сегодня еще должен приехать Алмир!

На меня накатила такая паника, что захотелось куда-нибудь спрятаться. Вот зачем я написала ему сегодня утром, сама назначила эту встречу? Сейчас у меня не было ни малейшего желания даже его видеть, уж не говоря о том, чтобы связать с ним свою жизнь.

Как вообще так получилось? Еще же сегодня утром я думала одно, но теперь изменился не только ход мыслей, но и мои чувства. И главное, даже дыхание перехватывало от инстинктивного ощущения фальши, но из-за чего, почему? Неужели у меня внезапно раскрылись глаза и вся наивная влюбленность вмиг улетучилась? Пока я точно знала лишь одно: Алмир – уж точно не тот, кого я хочу видеть рядом с собой. Теперь даже от одной мысли о нем накатывало отвращение.

Я пока не стала говорить об этом тете Эмилии, она бы все равно меня не поняла. Хотя я и сама себя сейчас плохо понимала.

И это уж точно было не то состояние, когда стоило говорить с Алмиром. Я очень надеялась, что сегодня он так и не приедет. Тем более уже было достаточно поздно.

Но он приехал.

Тетя Эмилия уже ушла спать, я осталась в гостиной одна. Почему-то свет ужасно раздражал, я погасила почти все свечи, оставив лишь три. И вот так, в полумраке, стояла у окна, смотрела на темнеющий в ночи сад и все силилась понять, что же со мной произошло сегодня, почему мой мир словно бы враз перевернулся.