— Это что, кольцо?! — добавляет Лариса Ивановна, преподавательница литературы. — Неужели?

— Неужели? — подхватывает завуч с видом человека, который уже всё знает, но хочет подтвердить догадку.

Я краснею, как школьница, уличённая в шпаргалке.

— Да, это… — начинаю я, но дальше не успеваю, потому что учительская взрывается восторгами.

— Ну наконец-то! — восклицает Нина Петровна. — А то мы уж думали, что не дождемся, Любочка!

— Кто он? Кто этот герой? — завуч наклоняется ближе, её глаза сверкают любопытством.

— Мирон Дорофеев, — бормочу я, чувствуя, как жар добирается даже до корней волос.

На секунду в учительской становится так тихо, что можно услышать, как где-то капает вода.

— Мирон Дорофеев?! — выдыхает Лариса Ивановна. Хотя, признаться, думаю, что она лукавит. Мирон ведь не раз встречал меня с работы, хотя мы и старались сильно не афишировать. — Чемпион?! Ваш ученик?! Его отец?!

— Да, он самый, — я киваю, понимая, что уже поздно скрываться.

И тут всё начинается. Вопросы, восторги, ахи, охи. Даже Лариса Ивановна, которая обычно держит лицо, пускается в расспросы: где познакомились, как он сделал предложение, и всё в таком духе.

Я отвечаю, но всё равно чувствую себя так, будто меня только что раскрутили на карусели.

Вечером в школе — шум и суета. Новогодний капустник старшеклассников, а после него — дискотека. Все учителя на дежурстве, несколько из родителей тоже.

Зал украшен снежинками, гирляндами, мишурой. Старшеклассники красиво одетые, некоторые девочки с таким макияжем, что, кажется, они больше готовы к подиуму, чем к школьной вечеринке. Музыка гремит на весь спортзал, свет мигает разноцветными пятнами.

Педагог-организатор и завуч по воспитательной работе в мыле.

Я стою у стены, наблюдаю за всем этим шумным весельем. Коллеги где-то рядом, переговариваются. Иногда кто-то делает замечание слишком шумным детям, но в целом атмосфера теплая. Даже мне, которая всё ещё пытается прийти в себя от утренних восторгов в учительской, удаётся расслабиться. Но, наверное, ещё и потому, что мой класс в этой тусовке не участвует — мелкие ещё слишком. Это классным руководителям девятых, десятых и одиннадцатых завтра у директора на ковре стоять.

И тут я замечаю его.

Мирон входит в спортзал, как всегда, уверенно, но без лишнего пафоса. Хотя нет, сзади на его толстовке написано “Чемпион”. Без пафоса никак.

Я улыбаюсь, качая головой. Ну а что? Чемпион же? Чемпион!

А я невеста чемпиона. Надо себе тоже надпись на толстовке заказать в фотоателье.

Он окидывает взглядом зал, и на его лице появляется лёгкая усмешка. Глаза сразу находят меня, и я чувствую, как внутри становится тепло.