Бросив гигантскую футболку на стул, я еще порыскала по шкафам, собирая шмотки для того, чтобы предстать перед Кеем в воистину милом виде.

Поиски принесли ощутимый результат.

Через двадцать минут я торчала в комнате дяди перед самым большим зеркалом в доме и с удовольствием оглядывала себя. Ну, просто не девушка, а ворох безвкусицы — истинная спутница для господина Кея. Вышеупомянутая футболка болтается над бесформенной, но очень широкой черной юбкой, расшитой огромными красными маками и синими васильками (этот комплектище увеличивал фигуру размера на два или даже на три).

Волосы я собрала в два косых хвоста, один выше другого, позаимствовав у Нелли смешные розовые заколочки. У нее же взяла большие круглые темные очки в яркой красной оправе, закрывающие половину лица. Ноги я планировала обуть в кроссовки — для удобства и колорита. А в косметичку запихала яркую темно-фиолетовую помаду сестры, чтобы поразить Кея своей улыбкой.

Пусть, пусть сегодня я перенесу позор, появившись в таком виде на глазах у честной публики, зато и Кей будет чувствовать себя униженным — ему придется сопровождать такое пугало.

Наверняка он долго не выдержит, и наше вынужденное двойное свидание закончится, не успев толком начаться.

Прости, подруга, но нам нужно избавиться от Кея.

Да, именно поэтому я и не еду с Нинкой. Потому что подруга, увидев, что я напялила на себя, заставит меня переодеться — с нее станется и около магазина остановиться и шмоток мне накупить, как раз таких, которые и хотел бы видеть на мне солист группы «На краю».

Я покружилась перед зеркалом, взмахнув подолом юбищи, которую мне пришлось подпоясать широким ремнем от джинсов, удовлетворилась, что выгляжу «просто прелестно», подумав, воткнула в уши огромные тяжелые серьги-кольца и только потом пошла к входной двери, не забыв по пути написать записку родственникам, что убежала на прогулку.

Я чувствовала себя живым веником, пересмотревшим парад фриков на улицах Европы.

Выходить из подъезда в таком виде я боялась ровно минуту, потом я глубоко втянула воздух ртом, открыла подъездную дверь и поспешила вперед. Прохожие, конечно, на меня странновато косились, но ничего не говорили — мало ли кто как одет в наши суровые дни? Неформалы вот всякие еще хлеще одеваются.

Келла с синими волосами бегает, Кей с серебряными, а Арин с неприлично длинными, и ничего — комфортно себя чувствуют. Зато, к моему большому изумлению, повстречавшаяся на моем пути Фроловна едва ли не приветливо мне кивнула и сказала, что я, видите ли, очень хорошо сегодня одета.

— Мы так на сенокос ходили, — зачем-то добавила она, вспоминая далекую деревенскую юность. — Тебе только платка не хватает.