А где страсть? Где эмоции? Где головокружительные поцелуи?

Непорядок! Я читала в книгах, что все признания заканчиваются поцелуями, а не раскрытием интриг!

– А ведь мне придётся рассказать всем нашим о том, кто я! – сообразила запоздало.

– Начни с того, что не уходишь, а собираешься замуж, а затем объясни, что к чему, – дал совет Нортон Ллойд и снял защиту!

То есть он серьёзно думает?..

Нет, я его никогда не пойму. Неправильная у него какая–то влюблённость. Что за дракон бракованный мне попался?

Однако на следующий день, после всех объяснений, объятий и слёз Дебби, признаний Роксане, я проснулась в заполненной цветами комнате, и в каждом букете нашла маленькую открыточку с от руки написанным комплиментом, притом в основном не внешности, а уму, изобретательности, ловкости и таланту влипать в неприятности, конечно!

– Спасибо за цветы, – произнесла я с улыбкой, когда зашла в столовую.

– Должен ведь я оказывать своей леди положенные знаки внимания. Помню, она весьма чувствительна к соблюдению правил этикета, – ехидно напомнил мне Нортон о первой встрече, когда я была в роли няни.

– Не так уж рьяно она их придерживается, во всяком случае в той области, что относится к романтике и ухаживаниям, – в лоб намекнула я.

Взгляд мужчины потемнел, черты лица заострились, делая его ещё более хищными и жестоким, однако я совсем его не боялась, ведь меня допустили в святая святых – гнездо, а значит, за меня убьют, не моргнув глазом, с моей же головы не упадёт даже волос.

Приятное, однако, чувство, быть членом большой и дружной семьи. И любимым сокровищем дракона.

– Папа, а ты знаешь!.. – Роксана съехала со второго этажа по перилам, с грохотом спрыгнула на пол и со всех ног бросилась в столовую. – О, все уже здесь. Папа, я беру свои слова обратно. Можешь жениться на леди Элизабет. Только выбери, пожалуйста, правильную. Эту! Та мне совсем не понравилась.

Я смутилась и закрыла покрасневшее лицо руками.

– Роксана, нельзя быть столь прямолинейной. Ты меня смущаешь, – попеняла девочке.

– Ну ты ведь своя, и я могу меньше следить за словами! – уверенно заявила умная не по годам кроха.

– Кто тебе сказал?

– А разве это не так? Кстати, я буду называть тебя мамой. Ты ведь не против?

Не успела я ответить, как перед нами загорелся стол и исчез практически в тот же миг вместе с едой и посудой, оставив после себя лишь горстку пепла, который даже до пола не долетел – схлопнулся в магической вспышке. Волнуется ребёнок.

– Солнышко, ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю. Конечно, можно и даже нужно! Я, может, вообще только из–за тебя и выхожу замуж, – громким шёпотом поделилась я с девочкой секретом.

– А как же папа? Ты что, не любишь его? – на весь дом спросила милая зайка, которую порой хотелось чуточку придушить.