"

"Стешка поблагодарила от всей души и продолжила свою работу. Все эти десять дней она была невероятно занята. Саргин же за это время никак не проявился. А Степанида поняла, что больше не станет его уговаривать, убеждать, бегать за ним и пытаться помочь справиться с его комплексами и фобиями – большой и слишком умный мальчик, его не уговоришь, тут совсем другой подход нужен. И вообще, пора бы уже Тимофею самому с самим собой разобраться.

Но кое-какое заявление она намерена была сделать, а поэтому приехала к Саргину.

Он снова не спросил, кто там, сразу же открыв дверь.

– Привет, – уже привычно поздоровалась Степанида.

– Привет, – ответил Тимофей, жестом приглашая ее войти.

Степанида прошла в прихожую, поставила на столик тяжелый портфель и дамскую сумочку и, дождавшись, когда он закроет дверь, огласила цель своего визита:

– Я хотела поговорить с тобой.

– Судя по наличию лифчика на тебе и общему деловому виду, сразу понятно, что соблазнять меня сегодня ты не намерена. Хотя я не против ролевых игр в преподавателя и студента, – усмехнулся Саргин и пригласил: – Идем тогда в кухню, чаю попьем, что ли, – и уже в кухне спросил гостеприимно: – Или, может, вина? У меня есть хорошее сухое.

– Нет, спасибо, – отказалась она.

И вдруг подошла к нему совсем близко, внимательно всмотрелась в его лицо и неожиданно, чуть касаясь, нежно обвела пальчиком овал вокруг глаз по лбу, вискам и переносице и очень тихо сказала:

– Ты был на Ближнем Востоке. Загар от арафатки, я такой уже видела. Там сейчас жара несусветная, пыльные бури и война, – и наклонилась, еле касаясь губами, нежно-нежно поцеловала оба века и так же тихо спросила, заглядывая ему в глаза: – Все твои вернулись?

А он смотрел, смотрел напряженно прямо ей в глаза и вдруг стремительно обнял, прижал к себе и выдохнул.

– Все. – постоял так, прижимая ее к себе, и повторил с уставшей радостью: – Все.

Так и стояли какое-то время, обнимаясь и ничего не говоря. А потом Тим отодвинулся от нее и бодрым голосом спросил:

– Ну что, все-таки чайку?

– Да ничего на самом деле не надо, Тимофей, – отказалась Степанида, решив сразу покончить с заявлениями и выяснениями, и спросила: – Ты не передумал, что не можешь на мне жениться?

Он помолчал, поразглядывал ее какое-то время и ответил устало:

– Нет. И, Стеш, давай больше к этому вопросу не возвращаться. Я все тебе объяснил.

– Не будем возвращаться, – пообещала твердо она. – Вот сейчас поговорим и больше не будем. Я только повторю свои аргументы. Все, что ты там надумал про гены и дурную наследственность, бред несусветный, на самом же деле ты просто боишься. Я тоже боюсь. Но уверена, что вдвоем у нас все получится, мы справимся.