Через пару лет бабушка-дедушка мамы Тимофея и вовсе отреклись от дочери и ее семьи, в том числе и от пятилетнего внука. А мама отца отрекаться так уж показательно не стала, но и общаться с семьей сына перестала.

В том. Числе. И. С внуком! Пяти лет!

Вот таким образом Тимофея бросили и предали все родственники. Вот так просто, словно его и не было вовсе! Ни один нормальный человек не сможет понять: как такое могло произойти, как такое вообще возможно?!

А легко! Когда всем до лампочки и есть чудесная отговорка: у меня своя непростая жизнь и маленький мальчик в ней не предусмотрен.

И не потому, что родственники плохие люди! Нет! Не подумайте – не плохие и любили, наверное, внука! Но мало кто хотел взять на себя воспитание маленького ребенка – они готовы были помогать, но на расстоянии – деньгами, подарками, встречаться раз в неделю, и им казалось, что лучший выход для внука – это вообще интернат. Наверняка так и было бы лучше, но парадокс в том, что никто не сделал ничего, чтобы решить эту проблему и оформить ребенка в учреждение! Никто!

Максимум, что делала родня для своих спившихся детей, – это не позволяла выселить их из квартиры и оплачивала коммунальные счета – все!

Откупиться было проще.

И так бывает.

К пяти годам Тимофей знал, как становиться невидимым, чтобы не попасть на глаза пьяным родителям, как добывать самому себе еду, как ценны деньги и что на них можно купить, если сумеешь их вытащить у родителей и их дружков, когда те перепитые спят вповалку, или выпросить у мамы, которая тогда еще не была совсем уж пропащей пьяницей и хоть как-то пыталась заботиться о сыне.

А к семи годам Тимофей был уже уличным беспризорным пацаном, который знал про изнанку жизни больше, чем любой взрослый, и умел великолепно дурить этих самых взрослых и вымогать у них деньги или что-нибудь из еды.

Вообще ему очень повезло. Прямо сильно-сильно повезло! Необычайно!

Однажды, лет в шесть, он сбежал от отца, который решил «поучить» сына уму-разуму, и спрятался в подвале дома, забравшись туда через узкое окно. И просидел в нем всю ночь с дворовыми наглыми блохастыми котами. Выбрался он только утром.

Тогда-то мальчик и понял, что можно сбегать и прятаться где-то.

В следующий раз он убежал подальше от дома, чтобы ушлые соседки не увидели, как он пролезает в подвал. Уже стемнело, а Тим все ходил по улицам, и непонятно, почему ему вдруг приглянулось одно нежилое строение – показалось ребенку, что в подвале светится еле заметный огонек. И он полез через окошко.

– Так-так-так, – услышал Тимофей чей-то голос и страшно испугался.

– Иван Кузьмич, кажется, у нас гость! – проговорил мужчина.