Когда ее не придерживают, грохот стоит ужасный. Я порой ночью просыпаюсь, потому что кто-то из жильцов домой навеселе возвращается."

"Глеб приближается к двери, заглядывает в глазок и только потом включает свет. Я жмурюсь, чтобы слегка ослабить напряжение на глаза и только потом распахиваю веки. Глеб в это время что-то ищет в своем смартфоне и совершенно не обращает на меня внимания. Как всегда, впрочем. Я для него не важнее того же голосового помощника на смартфоне. На него он тоже не обращает никакого внимания и периодически здоровается.

– Спасибо, что объяснил, что это было, – говорю возмущенно.

– В какое дерьмо влез твой брат? – бросает Глеб раздраженно.

Я холодею. Мне совсем не нравится количество плохих новостей о брате, которые свалились на мою голову всего за день.

– Ты в курсе? – требовательно спрашивает Глеб, глядя мне прямо в глаза.

Я замираю. Не знаю, чего жду. Проблеска узнавания в его глазах? Озарившую его догадку? Я не хотела, чтобы он узнал, но почему-то была уверена, что стоит ему меня увидеть, поговорить со мной хотя бы минуту, он все поймет.

– Алина!

– Я ничего не знаю, – отвечаю и поспешно следую на кухню.

К моему удивлению, Глеб идет следом, а я пытаюсь сдержать слезы, застилающие глаза. Как… как можно не узнать девушку, с которой ты провел ночь? По голосу, взгляду, запаху… он ведь стоял совсем рядом со мной. Настолько, что стоило мне сделать вдох поглубже, и в мозг тут же вторглись воспоминания вчерашней ночи.

– Вспомни, не было ли чего-то странного.

Молча я иду в комнату к брату, извлекаю из его джинсов пакетик с порошком и возвращаюсь на кухню. Бросаю пакетик перед Глебом.

– Это достаточно странно?

– Что это?

– Откуда я знаю? Нашла сегодня у Бори в кармане, когда собиралась постирать одежду.

– Блть, это что, наркота?!

Я пожимаю плечами. В этой области я точно не эксперт. Понятия не имею, что это, наркотики или что-то другое. Вот пусть берет и проверяет, если ему интересно.

– Кто за тобой гнался?

– Не за мной. Они к брату твоему типа пришли. Скрутили меня, спрашивали про какие-то деньги. Я понятия не имел вообще о чем они. Удалось вырваться и сбежать.

– Сюда?

– А куда? Я не рассчитал, что они за мной побегут, но ребята оказались проворными, за мной погнали.

Только сейчас я замечаю на его лице несколько ссадин и кровоподтеков. Я просто боялась на него посмотреть, а сейчас с ужасом рассматриваю раны.

– Их нужно обработать, – киваю на его скулу и бровь. – Я принесу аптечку.

На то, чтобы сходить в ванную и вынести оттуда бокс с лекарствами у меня уходит минута. Все это время Глеб безрезультатно пытается кому-то дозвониться. Подозреваю, что брату, но у того выключен телефон.