Просто лицемерить ему больше не было нужды, и он показал свое настоящее гнилое нутро, а не тщательно выверенный образ непонятого окружающими интеллигента.

И ведь я ни подарки свои не забрала, и ничего из его вещей. Только стиралку, кофеварку и новый, купленный мной, неделю назад диван. Он стоял еще не освобожденный от пленки, потому что у Краснова после тяжелого рабочего дня за переводами болит спина, и он никак не может этот диван двигать.

Остались ему и плэйстейшн, и золотая печатка, о которой он так мечтал, и все полотенца-вазы-безделушки. Но Краснов, как баба, орал в трубку из-за того, что я забрала старую кофеварку, которую, на минуточку, я покупала для себя и еще до знакомства с ним.

Честно говоря, я хоть и была готова к претензиям, но такого не ожидала. Я искренне считала, что такие типажи и такие мужские истерики бывают только в любовных романах, и придуманы они только для того, чтобы оправдать уход героини к другому мужчине.

Говорю же. Дура.

Зато теперь поумнела.

Кто-то скажет, что я поступила мелочно. Все равно ведь и зарплата у меня больше, и должность лучше. Купила бы себе все свое. Новое.

Но когда я стояла посреди облезлой бабушкиной квартиры, которую хотела отремонтировать еще два года назад, даже денег отложила, но они почему-то ушли на Сашины нужды, меня взяла такая злость.

И я посчитала, что это — небольшая компенсация за потраченные годы, за ложь, за предательство, за холодные ночи, за то, что он меня использовал, за растоптанные надежды.

А теперь Краснов меня замуж зовет?

После того, чему я стала свидетелем?

Глава третья

— Пошел вон!

Если Краснов еще хоть раз посмеет открыть свой рот, я его приласкаю этой бутылкой текилы. И мне не будет стыдно. Вот вообще. Не после того, как он поливал меня грязью перед моими друзьями.

— Ты стала грубая? На тебя так влияет твой новый?

Краснова спасает провидение.

В очередной раз заглянувшая на кухню Аня все-таки замечает нашу пару. Мы с ней знакомы давно, и по выражению моего лица она понимает, что до взрыва остаются секунды.

Удачливый ты мудак, Краснов!

— Саш, можно тебя?

Краснов, состроив лицо несчастного влюбленного, откликается на Анин призыв.

— Саша, помоги девочкам повесить гирлянду, — выпроваживает его она.

Ха. У нас все гирлянды вешала я. И гвозди забивала, и сумки таскала. Похоже, что и диван мне предстояло двигать в одиночку. Но Саша не может публично признаться в своем нежелании делать хоть что-то.

— Ань, это все-таки женская работа…

У Аньки на это заявление брови ползут вверх.

— Саш, — мягко подсказывает она. — А ты не членом. Ты руками попробуй, и все получится.

Хохотнув, я опрокидываю в себя третью рюмку. С членом у нас тоже не очень. Скромненько так у нас с писюном.