А то пришлось бы искать тебе на замену молоденькую девочку!

Он произнес это шутливым тоном и я автоматически рассмеялась в ответ. Но когда полный смысл его слов дошел до разума, показалось, что кровь отхлынула от сердца…

Неужели он и впрямь завел бы любовницу, если бы я выглядела хуже?..

– Ты же это не серь… – начала было говорить, но была бесцеремонно прервана.

В спальню шумной ватагой ворвались все наши трое детей. Они кричали, перебивая друг друга и не давая никакого шанса что-либо понять.

– Тихо! – прикрикнула я слегка, чтобы их угомонить. – Что у вас случилось? Оля?

Шестилетняя дочь шагнула вперед, протягивая мне свою любимую куклу… без головы.

– Артур сломал мою Сонечку! – пожаловалась она, едва не плача.

Я повернулась к младшему из сыновей:

– Ты зачем это сделал?

– Стукачка! – прошипел он в сторону сестры и, набычившись, кинул ей оторванную голову.

Оля тут же заревела во все легкие и мне не осталось ничего иного, как со вздохом подобрать голову Сонечки и пообещать дочери:

– Не плачь, мы сделаем ей операцию и все будет хорошо.

Взгляд скользнул дальше и с выражением вопроса остановился на старшем сыне, Кирилле, стоявшем чуть поодаль и всем своим видом демонстрировавшем, что он ко всему этому балагану не желает иметь никакого отношения.

– Что у тебя? – спросила, так и не дождавшись от него ни слова.

– Я не хочу овсянку, – буркнул он недовольно. – Ненавижу ее! Можно уже это наконец запомнить?!

– Прекрасно, – пожала я плечами. – Тогда купи себе что-нибудь перекусить по дороге в школу, папа ведь дает тебе карманные деньги.

Он мигом ощетинился еще больше.

– Вот еще!"

"Уже было отвернувшись, чтобы уйти, он обернулся и с явной мстительностью в голосе добавил:

– Там, кстати, Чаки опять насрал возле миски.

– Не выражайся! – возмутилась я, но мой окрик разбился о захлопнувшуюся за Киром дверь.

Я строго посмотрела на двух младших детей.

– Кто хотел собаку? Вот идите теперь и убирайте за ней!

Дети ожидаемо заорали, перебивая друг друга:

– Это Оля!

– Это Артур!

– Идите и убирайте оба! Иначе Чаки придется вернуться туда, где мы его взяли!

Благо, это подействовало – дети мигом убежали на кухню, а я протяжно выдохнула.

– Они меня с ума сведут, – пожаловалась мужу, но тот только беззаботно улыбнулся.

– Ты – лучшая мама, Кира.

Он сказал это так, будто произносил самый значимый на свете комплимент. И мне не оставалось ничего иного, кроме как молча его принять.

***

Пару часов спустя, когда старшие дети были отправлены в школу, а Оля – в садик, я сумела наконец выдохнуть.