Данте приобнимал меня рукой за поясницу, пока мы шли к нашему столу под приветственные крики гостей. Большинство приехали раньше нас и уже сидели на своих местах. За нашим столом находились родители, мои и Данте, мой брат Орацио и сестра Данте с мужем. Я не общалась раньше с родителями Данте, за исключением нескольких случаев ничего не значащей светской беседы. Они были достаточно любезны. Мой брат Орацио делал вид, что чем-то занят в своем iPhone, но это был всего лишь способ попытаться избежать вопросов отца.

Ария с Лукой, Маттео и Джианной и с ними семья Скудери расположились за столом справа от нас. Ария тепло мне улыбнулась и вернулась к пристальному наблюдению за сестрой и Маттео, которые находились на грани ссоры. У этой парочки будет тот еще брак. Маттео, похоже, совсем не смущали злобные взгляды Джианны в его сторону.

— Вы прекрасная пара, — сказала Инес, возвращая мое внимание к нашему столу.

Данте посмотрел на меня с непонятным выражением лица.

Нас прервали официанты, вошедшие в этот момент с тарелками в зал.

После смены четырех блюд наконец-то наступило время для первого танца новобрачных. Данте подвел меня к танцполу и притянул к своей груди. Я улыбнулась ему. Сильный и теплый, он к тому же был хорошим танцором. От него вкусно пахло теплым летним бризом и еще чем-то очень мужским. Я с нетерпением ждала того момента, когда окажусь с ним в одной постели, чтобы увидеть, что он скрывает под тканью своего дорогущего костюма. Будь мы одни, я положила бы голову ему на плечо, но на нас все смотрели, а Данте, похоже, не любил на публике показывать близость.

Конечно, нашим гостям не было никакого дела до этого. Вскоре они начали вопить: «Целуй, целуй!»

Данте взглянул на меня сверху вниз, вопросительно приподняв бровь.

— Мы будем чтить их желания или проигнорируем их?

— Я думаю, будем чтить.

Мне очень-очень хотелось уважить их желания.

Данте сильнее притиснул меня к себе и крепко прижался своими губами к моим. Он не отрывал от меня своих голубых глаз, и на мгновение, уверена, я увидела в них что-то вроде теплоты. Но затем гости присоединились к танцу, наводнив танцпол, и наш поцелуй закончился. Вскоре после этого Фиоре Кавалларо пригласил меня танцевать, и Данте должен был вести в танце свою мать. Я улыбнулась своему свекру, не зная, как вести себя с ним. В нем присутствовала та же холодная отчужденность, что и в Данте.

— Мы с женой надеялись, что Данте выберет какую-нибудь девушку из тех, кто еще не был замужем.

Я с трудом смогла удержать улыбку на своем лице. Ни за что на свете я не хотела, чтобы кто-то из гостей понял, что Фиоре высказал мне что-то, причиняющее такую боль.

— Понимаю, — спокойно ответила я."

"— Но его доводы убедили нас.