— И что же? Он тебя действительно предупредил?

— Да.

— Что он сказал?

— Примерно то же самое, что только что говорил ты.

— Зачем? Зачем Марку понадобилось предупреждать тебя?"

"— Он объяснил, что хочет меня защитить.

— И ты ему веришь?

— Черт возьми, я уже не знаю, кому верить.

— Ты его любишь?

Я промолчала, только посмотрела на него в упор.

Этридж поднял руку.

— Пойми, Кей, мне нужно знать, насколько ты уязвима. Ради бога, не думай, что мне приятно вести этот разговор и задавать такие вопросы.

— Вот и ты, Том, не думай, что мне все это доставляет удовольствие.

Мой голос прозвучал немного резковато. Этридж взял с колен салфетку, аккуратно сложил ее и подсунул под тарелку.

— Я боюсь, Кей, — произнес он настолько тихо, что мне пришлось наклониться, чтобы услышать его. — Боюсь, что Марк Джеймс может доставить тебе очень большие неприятности. Есть основания полагать, что за вторжением в твой офис стоит именно он. В таком случае…

— Какие основания? — перебила я, повышая голос. — О чем ты говоришь, Том? Какие у тебя могут быть основания… — Слова застряли в горле, потому что у нашего столика появился вдруг сенатор Партин и его молодой спутник. Я даже не заметила, как они поднялись из-за стола и подошли. Судя по выражению их лиц, оба понимали, во что вмешиваются.

— Джон, рад тебя видеть. — Этридж отодвинул стул. — Ты ведь знаком с Кей Скарпетта, нашим главным судмедэкспертом?

— Конечно, конечно. Здравствуйте, доктор Скарпетта. Надеюсь, все в порядке? — Он с вежливой улыбкой пожал мне руку. — Познакомьтесь, мой сын Скотт.

Мне сразу же бросилось в глаза, что сын явно пошел не в отца и не унаследовал ни его грубоватых черт, ни мощного телосложения. Передо мной стоял высокий, красивый, по-спортивному подтянутый молодой человек с великолепными черными волосами. Ему было за двадцать, и он смотрел на меня с высокомерным любопытством, граничащим с дерзостью. Недолгая дружеская беседа не помогла избавиться от напряжения, и, когда отец с сыном наконец оставили нас в покое, лучше мне не стало. Официант принес еще кофе и удалился.

— Где-то я его уже видела.

— Кого? Джона?

— Нет-нет. С сенатором мы встречались и раньше. Его сына, Скотта. Лицо показалось очень знакомым.

Этридж пожал плечами:

— По телевизору. — Он мельком взглянул на часы. — Скотт Партин — актер. По крайней мере, пытается таковым стать. По-моему, сыграл пару ролей в каких-то сериалах.

— О боже… — прошептала я.

— Может быть, даже снялся в двух-трех фильмах. Побывал в Калифорнии, сейчас живет в Нью-Йорке.

— Нет!

Этридж опустил чашку и с беспокойством посмотрел на меня.

— Как он мог узнать, что мы здесь встречаемся? — спросила я, понизив голос.

Память не подвела: я прокрутила эпизод с обедом в «Галлаксере» и вспомнила.