Так посмотрел, будто я про Кощея вслух ляпнула.

– Вы слышали, что я сказал? – голос его был сухим, как осенний лист.

– Да.

– Значит, вы хотите, чтобы генеральный директор лично повторил вам свой приказ?

Я сглотнула, чувствуя, как горло пересыхает, но с вызовом глядя на секретаря. Будь я просто офисной мышкой, не связанной с Радовым ничем личным, уже сбежала бы, поджав хвост. Но у меня был другой статус. И впервые я готова была этим воспользоваться.

– Да, – выдохнула смело. – Я готова рискнуть.

Секретарь приподнял бровь, словно оценивая, насколько серьёзно я настроена. Затем, с показательной неспешностью, взял трубку стационарного телефона. Его пальцы замерли над кнопками – он явно ждал, что я дрогну."

"– Роман Давидович? Прошу прощения за беспокойство… Здесь сотрудница, Аверина, настоятельно просит встречи с вами. Я предупреждал её о вашем… – Кощей осёкся, отнял трубку от уха и недоуменно посмотрел на неё, потом на меня. – Можете зайти, Надежда Сергеевна, – произнёс с лёгким снисхождением, опуская взгляд обратно к бумагам.

Я сорвалась с места, не давая себе времени передумать. Сердце заколотилось, разгоняя кровь по венам, дыхание перехватило от волнения. Толкнув дверь кабинета, я переступила порог, ощущая себя так, будто вот-вот прыгну в воду с десятиметровой вышки!

Роман стоял у панорамного окна, руки в карманах брюк. Его взгляд, острый и тяжёлый, мгновенно нашёл мой. Широкие плечи были напряжены, а в воздухе витало что-то густое, почти осязаемое – смесь гнева и усталости. Два дня без него – и мои колени подкосились не только от страха, но и от того, как сильно я по нему соскучилась.

– Привет… – тихо выдохнула, нервно поправив сумку на плече.

– Здравствуй, Надя. Садись, – ровно ответил Радов.

Меня кольнуло его холодное спокойствие. И сразу смутило, что он даже не спросил, зачем я пришла, будто уже всё знал. Дистанция между нами, несмотря на пустой кабинет, казалась непреодолимой пропастью. Я прошла к овальному столу заседаний и опустилась на ближайший стул, а Роман остался стоять – высокая, неподвижная фигура у окна.

– Я не хотела тебя отвлекать… Но это очень важно! – начала, стараясь унять дрожь в голосе.

– Я знаю, почему ты здесь, – перебил он, не меняя тона. – И постараюсь ответить на твои вопросы, касательно того, что прямо сейчас происходит в кабинете старшего аналитика.

Чувствуя, как жар бросился в щёки, я на одном дыхании выпалила:

– Неужели мы под подозрением?..

– Не вы, – отрезал Роман резко. – Только Ольга.

Я опустила взгляд на гладкую столешницу, покачала головой. Сердце сжалось от чувства несправедливости.

– Это ошибка, – напряженно произнесла. – Рома, это не она, я уверена! Всё это… какое-то недоразумение! Она бы не стала рисковать своим местом.